Книга Изгнанная с ребёнком. Попаданка, ты сможешь!, страница 20 – Анна Кривенко

Я повернулась.

Это была пожилая прачка с добрым лицом, вся в мыльной пене.

— Если смочишь руки уксусом перед работой, кожа не так быстро потрескается, — сказала она неожиданно. — А вечером я зайду к тебе и принесу масла. Смажешь им руки…

Я мгновенно расслабилась и слегка улыбнулась.

— Спасибо — проговорила приглушенно. — Это очень любезно с вашей стороны…

Да трудно, но не труднее, чем когда муж бросил меня с маленькими детьми. Смогла тогда смогу и сейчас…

Масло помогло успокоить кожу.

Я лежала в кровати после первого рабочего дня и снова не спала.

Нет, надо подойти к этому делу с другой стороны.

Доску для стирки мне не выдали. Надо будет обязательно сделать её самой.

Во-вторых, руки нужно чем-то закрывать. Стирать голыми пальцами невозможно.

Вот бы где-то были резиновые перчатки, но, боюсь, в этом времени их просто не делают.

Впрочем, выход должен быть!

Я тихонько встала и зажгла свечу. Развязала свой узел с некоторой одеждой, которую прихватила с собой.

Но в ней не было ничего особенного, хотя я наткнулась на мешочек, в который сложила драгоценности.

Мешочек был размером с мою ладонь, старый, потрёпанный, но всё-таки кожаный.

Я поспешно высыпала драгоценности и завернула их в кусок ткани. После этого смотала весь узел обратно и уставилась на этот мешочек.

Да, у меня нет ни ниток, ни иголки. Сшить из него даже рукавичку я не могу.

Но если я возьму стиральную доску в левую руку, а этот мешочек надену на правую и буду тереть бельё, то, думаю, это станет защитой от механических повреждений.

Конечно, сама по себе вода вредна для рук, в неё что-то добавляют, но это уже другая беда.

С этим, думаю, справится масло, которым поделилась со мной добрая женщина.

Я воодушевилась.

Пусть это мелочь, но всё же теперь мне проще.

Серёжка был молодцом. За ночь будил меня всего два раза, после чего смирно засыпал.

С утра допила молоко и постаралась съесть всё, что могло испортиться.

Еды было ещё достаточно на пару дней. Я хотя бы могла о ней не думать.

Спустилась в прачечную воодушевлённая, но не успела войти, как услышала разговор.

Одна горластая баба, наиболее неприветливо встретившая меня в первый день — звали её, кажется… Клекса, имя прям под стать — с презрением и вызовом говорила обо мне:

— Вы видели, как эта белоручка стирает? Могу поспорить, что она за всю жизнь ни одной тряпки в руках не держала! Через неделю от её рук останутся лишь культяпки. Сотрёт их подчистую!

Раздался смех.

Им всем было очень весело считать меня ничтожеством.

Я тоже усмехнулась. Криво.

Ну-ну, нашли повод для сплетен и самовозвышения.

— А хозяйка, слышали… — донёсся новый голос, — предложила ставки сделать!

— На что?

— На то, как долго эта Белоручка продержится.

Клекса фыркнула.

— Три дня, и не больше! — припечатала она.

Послышались другие голоса.

Кто-то давал мне неделю, кто-то месяц, кто-то три недели.

И тут заговорила ещё одна:

— Мне кажется, что она нагуляла от женатого мужчины. У аристократов не принято выгонять дочерей просто так…

— А может, она вообще мужу изменила?

— Да какой там муж? Вы физиономию её видели? Она же слишком молода. Аристократы нынче так рано замуж не выходят.

— Да ты что знаешь? — вмешалась ещё одна прачка. — У нас часто в гостинице аристократки молоденькие, а уже с мужьями. Просто не афишируют это.