Книга Замуж за предателя, страница 6 – Наталия Журавликова

— Насчет этого не волнуйтесь, метрано Милтос, — уверил отца совершенно счастливый Лаэрт, — папа был бы рад женить меня хоть сегодня. Он спит и видит, как я стану порядочным семьянином.

Что ж, лорда Телеро ожидает жуткое разочарование. Сын у него порядочный гад, а никак не семьянин.

И через две недели я стану его пленницей. Окажусь в полной власти негодяя, что наложил на меня заклятие покорности.

* * *

Лаэрт Телеро

Неделю назад

Эрнан Телеро, лорд-губернатор, был в ярости.

Он бегал, как разъяренный тигр, измеряя длинными ногами роскошный и очень дорогой ковер, небрежно брошенные на пол.

Его сын Лаэрт при этом смотрел на лорда-губернатора вполне спокойно, если не дерзко.

— Какая наглость! После всех вложений в твое будущее, ты посмел вот так просто заявить мне, что отказываешься жениться на девушке, определенной для тебя с самого детства?

— Именно так, отец, — подтвердил наглый юнец.

— И какова же причина твоего “решения”?

Эрнан остановился, особенно ядовито выделив последнее слово.

— Я не люблю юную Милтос, она не в моем вкусе и вообще жуткая зануда. Достаточные аргументы?

— Нет! — рявкнул лорд-губернатор. — Не в твоем вкусе? Ты когда с ней в последний раз виделся вообще?

— Прошлым летом, когда вы заставили нас совершить прогулку на яхте по морю, — Лаэрт сделал вид, словно припоминает.

— А ты не думал, что за это время девочка могла вырасти и войти в неповторимый период начала женственности?

Эрнан в юности писал стихи и даже пьесы для любительского театра Даннермила. И по сей день временами он выражался несколько высокопарно. Поэтому его публичным речам внимали с удовольствием. А некоторые даже записывали наиболее удачные обороты речи, чтобы пускать знакомым словесную пыль в глаза и уши.

— Отец, мне нравятся другие, — втолковывал лорду сын, разумеется, уже более сведущий во всем, что касается прекрасного пола, чем отец. По крайней мере, все дети так считают. Особенно, особенно, если им уже стукнуло двадцать семь.

— Я люблю ярких женщин, что обращают на себя внимание, едва войдя в зал. Находчивых, остроумных, горячих. А с Зеллой Милтос один день будет похож на другой как его брат-близнец! Отец, мы с Зеллой не имели возможности выбирать себе пару. Нас определили друг другу в незрелом возрасте. Это так старомодно!

— Но такие браки и есть самые крепкие! — убежденно сказал лорд-губернатор. — Любви нужно время, чтобы вызреть. И мне стыдно перед Милтосами, что у меня вырос такой шалопай.

— Зато шалопай честный, — увещевал отца Лаэрт, — я хочу еще до возможной свадьбы прояснить свою позицию.

— И в чем твоя позиция? — отец гневно уставился на сына.

— В том, чтобы этой свадьбы не было, разумеется.

Эрнан устало опустился в кожаное кресло, которое приняло его в свои объятия с уютным поскрипыванием.

— Тебе уже тридцать скоро, — сказал он, прикрыв глаза рукой, — а ты рассуждаешь как подросток. Словно в тебе только-только забродил мужской сок.

— Неужели ты уже забыл, как сам был молод? — голос Лаэрта стал мягким, уговаривающим. — Как в тебе бурлила кровь и хотелось обладать как минимум королевой… но не серой мышкой, которая только-только закончила академию и воспитана в самых строгих правилах?

— Ничего я не забыл, — Эрнан закинул ногу на ногу. Лицо его приняло решительное выражение. Кажется, он все обдумал и готов был четко выразить свою позицию.