Книга Избранная тьмой. Последний шанс, страница 97 – Елена Горская

Эти черные глаза, которые с ненавистью взирали на нее, больно резанули по окаменевшему сердцу, но она не подала виду.

— Лаэта… – Арман поднялся на ноги, но тут же снова был отброшен невидимой силой в другой конец комнаты.

— И не пытайся, – усмехнулась Лаэта, направляясь к столу, и открыв сундук.

Взмах руки, и стучащее сердце оказалось в воздухе.

— Ты не сделаешь этого… – вампир вновь поднялся на ноги.

— Почему, Арман? – спросила она, медленно направляя в его сторону стучавшее сердце.

— Что почему? Почему я тебя не любил? – рассмеялся он, понимая, что шансов переиграть ее у него крайне мало. – Или почему захотел убить?

Софи со щемящей тревогой в сердце смотрела за боем и слушала разговоры Армана и Лаэты. Она боковым зрением взглянула на ведьму, понимая, что она не сводит взгляда с возлюбленного.

Она все равно его любит.

Лаэта же в этот момент проклинала себя за глупость. Осознавая, что вновь допустила ошибку. Не нужно было возвращать Армана из Чистилища, чтобы отомстить… Потому что, лишь взглянув на него, ее сердце вновь начинало медленно биться.

— Потому что я не хотел никого любить. Ответ прост, Лаэта, – произнес Арман. – А разве можно сердцу приказать? Нет. Но ты же попыталась… Ты же догадывалась, чувствовала мой обман, но считала, что ты сможешь пробудить в моем сердце любовь к себе. Ведь так? Именно поэтому ты не уничтожила его и сейчас вернула меня из Чистилища?

Софи видела, как изменилось лицо Лаэты в этот миг. От высокомерия не осталось и следа…

— Ты мне солгал… – прошептала она еле слышно.

— Это ты сама позволила тебя обмануть. Я – воин, Лаэта. Ради своей цели я готов на все. А ты и твоя любовь – не были моей целью. И я устал от того, что из-за твоей дурацкой любви я каждые сто пятьдесят лет гонялся за Избранными, чтобы разрушить связь. Прости, но я не был готов умереть из-за тебя и твоей любви.

Лаэта усмехнулась и покачала головой.

Какая же я – дура.

— Я дарую тебе свободу, Арман, – громко произнесла она, смотря прямо в его глаза. – И теперь все будет так, как должно быть.

Парящее в воздухе сердце исчезло в его груди, и Арман зарычал от боли… От того, что чувствовал, как оно снова бьётся там, где много веков была пустота.

— Теперь ты чувствуешь, как оно болит? – склонив голову набок и наблюдая за возлюбленным, спросила Лаэта. – Так знай, мое болит намного сильнее. Болит оттого, что я все равно люблю тебя. И именно поэтому я избавлю тебя от этой боли.

Кинжал Лаэты так стремительно промчался через всю комнату, что Софи, которая всё-таки смогла повернуть голову, не смогла уследить за его быстрым перемещением.

Но зато увидела его в груди Армана.

Там, где уже находилось его сердце.

В черных глазах застыло непонимание, а голова опустилась на торчащий из его груди клинок.

И Арман рухнул на серый каменный пол.

Лаэта ещё долго смотрела на мертвое тело возлюбленного, а Софи чувствовала, что слабеет с каждой секундой все больше и больше…

Из лёгких ведьмы вырвался глубокий вздох, и она закрыла глаза, словно прощалась с возлюбленным… Но потом, резко повернувшись к Софи, она усмехнулась и произнесла:

— Так на чем мы там остановились? Сколько у нас поверженных в этой битве?

И Софи, у которой в глубине души затеплилась маленькая надежда на то, что Лаэта всё-таки больше женщина, чем ведьма, была готова разрыдаться… Только если бы у нее были силы…