Книга Отбор на вылет, или Некромант неудачи, страница 94 – Екатерина Ильинская

— Каждый раз, когда две души соединяются, мир становится ярче и полнее.

Моргнула и уронила первую слезу Фиби. Её чёрная шубка дополняла общий траурный настрой. Крупные слёзы потекли по морде Благороднейшего. Жалобно пищал в корзинке Черныш.

— Ваша любовь — это дар. Откройте свои сердца и примите теплоту присутствия Великой матери.

Божественная магия снизошла от статуи и окутала меня и Янку золотистым сиянием, подтверждая искренность наших чувств.

Где-то очень далеко слышался плач, причитания и судорожные вздохи. Рыдали женщины, мужчины и дети. Животные не отставали.

Только мы в этом море горя чувствовали настоящее счастье. Мгновение растянулось словно на годы, наполняя любовью, радостью и нежностью. Словно теплые ветер — предвестник весны обещал надежду и близкие перемены.

— Принося свои клятвы, вы обещаете поддерживать друг друга. Если один собьется с пути, другой станет светом, указывающим, правильную дорогу. Если один оступиться, то другой поддержит. Если…

Служитель не договорил, достал платок, вытер лицо и шумно высморкался.

— Так похожа на мать. И такая любовь… — всхлипнул король Эльдор. — Это несправедливо!

— Ну, почему он меня не слушал! — сдавленно ругнулся отец.

— Согласен ли ты, Вейн Верлинг, взять в жёны Рьяну Изрийскую, — пропустив четверть торжественной клятвы приступил к последней части служитель.

— Согласен, — ответил я, и почувствовал, как это простое слово придаёт смысл всему, что было до и будет после. Даже если мне, действительно, останется всего пять минут.

— Согласна ли ты, Рьяна Изрийская, взять в мужья Вейна Верлинга.

— Согласна.

— О… Об… — шмыгнул носом служитель. — Обменяйтесь кольцами.

Благороднейший не выдержал и горестно заржал. Корзинка упала на алтарь, кольца раскатились в разные стороны. Я взял то, что поменьше и надел на палец Янке. Любимая взяла второе и надела на мой.

— Объявляю вас мужем и женой. Можете… можете…

Дожидаться разрешения мы не стали.

— Люблю тебя, — сказал я.

— И я тебя люблю, — ответила Янка, закинула руки мне на шею и привстала на цыпочки.

Я наклонился и, наконец, поцеловал свою жену. Время остановилось. И только где-то далеко послышался удар в металлический диск — моё время закончилось.

— Он исчезает, — зашептали вокруг.

Рыдания усилились. А я почувствовал невероятную лёгкость.

Черныш вдруг запищал так тонко, что резануло по ушам. Выскочил из корзиночки и заскочил на алтарь Великой матери. И оттуда во все стороны брызнуло тьмой. Поползли тени, затянули стены и потолок, повисли в окнах клоками мрака, а с алтаря поднялась Праматерь Тьма.

— Нашёлся! Вернулся! Радость-то какая! Малыш мой!

Праматерь тьма схватила Черныша и прижала к себе. Тот отчаянно запищал и снова запрыгал.

— Этого? Конечно-конечно. Только не волнуйся. Хоть всех!

Женская фигура махнула рукой в мою сторону, лёгкость исчезла, сменившись привычной тяжестью тела.

— Я сейчас так рада, что всех и оживить, и одарить могу. И артефакт этот ваш забирайте, раз все живы, то граница вам больше и не нужна.

По алтарю проскакал камень размером с орех, упал на пол и закатился под трон короля Эльдора. Чёрные капли разлетелись по залу, впитались в каждого из присутствующих, а Праматерь Тьма поднесла комочек мрака к уху и вслушалась в писк.

— Не буду ругаться. Я очень волновалась, очень… Больше не будешь убегать? Конечно, отпущу. Не буду запрещать, но ты обязательно говори мне, куда отправляешься. Пойдем домой…