Книга Отбор на вылет, или Некромант неудачи, страница 65 – Екатерина Ильинская

И всю зиму искал способ, который мог бы помочь Янке, отпустить прошлое. Даже думал, что нашёл. Во всяком случае, заучил его наизусть и тренировался в исполнении до тех пор, пока не достиг идеала. Оставалось только исполнить этот ритуал для Янки, но следующее лето не дало ему такой возможности».

В общем, так уж вышло, что готовить я умел только традиционное поминальное угощение Верлингарда «Слёзы предков». И сложно было предсказать, как воспримут мои действия остальные, потому что я выглядел как посланник смерти и собирался проводить ритуал прощания, то есть, по сути, хоронить Янкину мать. Надеялся только, что сама Янка поймёт меня правильно и почувствует облегчение… А другие? Что ж, кажется, фраза, сказанная королём Эльдором, стала моим девизом, так что я не собирался сдаваться и был намерен позориться до конца.

А ещё я был просто уверен, что в конюшне надо мной ржёт один благороднейший пегас, который наверняка подслушал разговор со слугой и догадался, для чего нужны заказанные ингредиенты.

* * *

Вейн Верлинг

Первым со своим заданием справился каридийский принц. Насчёт супа я ошибся. Судя по тому, что Дамир (или Ратмир?) начал наливать жидкость из кастрюли черпаком в чашку, это был какой-то напиток. И судя по оживлению, которое сразу возникло около стола — напиток был не только горячий и пряный, но ещё и алкогольный.

Любимчик Эльдора закончил вторым, поставив на большой общий стол тарелку то ли с толстыми блинами, то ли с тонкими лепёшками.

Начал отрезать и складывать на огромный поднос первые куски ароматного мяса Ырк. Заканчивать приготовление кабана он поручил гордому поварёнку, который внимательно выслушал все наставления и обещал не подвести.

Эльф принёс огромную тарелку с овощами. Часть из них была обжарена, часть осталась свежей, сверху всё украшали мелкие, незнакомые мне семечки.

Фрейлины и кухонные девки начали выставлять подносы со сладостями, и всё вокруг наполнилось радостным оживлением, словно наступил незапланированный, но при этом долгожданный праздник. Даже метель над куполом стала казаться не угрожающей, а уютной, потому что от костров веяло теплом, а от собравшихся людей и нелюдей предвкушением веселья.

А потом пришёл я.

Тарелка со «Слезами предков» глухо стукнула по полированному дереву, превращая праздничный стол в поминальный. Лёгкое призрачное свечение, исходящее от блюда, не давала никому ошибиться в его предназначении. И я впервые осознал, как одно действие может поменять вообще всё.

Гробовая тишина медленно, волнами, разливалась от меня по всему двору. Я слышал, как затихают разговоры, как участники и зрители подходят ближе, как останавливаются. Чувствовал, как любопытство сменяется опасением, а потом и страхом.

— Плохая шутка, — произнёс любимчик короля Эльдора.

— Со смертью не шутят, — также мрачно ответил я. Наши взгляды столкнулись.

Тишина стала ещё тяжелее. И в этом всеобъемлющем молчании послышался женский всхлип, привлекший всеобщее внимание.

Янка шла, держа отца под локоть. Глаза покраснели, а пальцы свободной руки судорожно мяли платок. Чёрное платье и накидка подчёркивали тени, залёгшие под глазами, словно принцесса не спала всю ночь.

В такой же гнетущей тишине король и принцесса Изрийские остановились у стола, взяли вилки и попробовали по кусочку мяса.