Книга Тайны пустоты, страница 214 – Валентина Елисеева

— Мной она поперхнётся, так и запиши в журнал эксперимента, – хрипло откликнулась Таша. – Сам нормально вернулся?

Стратег кивнул, а все окружающие отчего-то покосились вбок. Приподнявшись, Таша увидела разломанное в труху супертехнологичное кресло, в котором раньше лежал Стейз.

— Немного переборщила с энергией отправки меня в материальный мир, – флегматично пояснил он. – Кстати, почему? Чего ты так испугалась?

— Наш туннель необратимо схлопывался, причём без всяких предпосылок к такому исходу. Как ты прошёл в ту пустоту? Ничего необычного не ощутил? И что с твоими метками?

— Метки слетели, вся работа насмарку. В пустоте ничего необычного не заметил, всё как всегда, а у тебя есть предположение, из-за чего произошёл коллапс туннеля?

— Предположение есть и звучит оно так: нас там не ждут, – сумрачно ответила Таша. Стейз помог ей выбраться из капсулы, усадил на диван и без тени смущения крепко обнял при всех. Вся армия некромантов вопросительно уставилась на Ташу в ожидании её красочного рассказа о приключениях за краем, который они потом смогли бы перевести на язык зубодробительных терминов и формул. Вздохнув, она начала так: – Эмоции – единственное и грозное оружие в пустоте. Поэтому стратега чужая пустота пропустила легко, как абсолютно безоружного, меня – по силовому принуждению, а создание эмоциональной связи между нами расценила как попытку взорвать ядерную боеголовку и поспешила избавиться от опасных гостей. Собственно, не могу осудить её за это.

Робкое предложение нуль-физиков попробовать установить метки ещё раз и Таша и Стейз восприняли в штыки, страшно переживая друг за друга. С их возражениями поспешили согласиться, но собственные соображения о запасном выходе эвакуации людей, о своём профессиональном долге перед другими не давали покоя. Одним словом, через несколько дней было принято решение, что они отправятся за край вместе, никакими своими действиями не будут провоцировать чужую пустоту на агрессию и немедленно вернутся в реальность при малейшей опасности.

Экспедиция вышла менее тревожной, чем прежняя, но столь же безрезультатной: им пришлось срочно «катапультироваться» из схлопывающегося туннеля, а установленные метки опять слетели. Нуль-физики кропотливо изучили записи обоих опытов, наговорили множество заумных слов про иные динамические константы и коэффициенты сопротивления более высокого порядка, после чего отказались от идеи освоения чужих территорий мирным путём.

— А не мирным? – спросила Таша, но её слова все приняли за шутку и рассмеялись.

Поздней ночью, лёжа в объятьях Стейза, она спросила:

— Вы же могли бы перенаправить сюда убийственную мощь всех энергоблоков Альянса и пробить туннель от края до края соседнего скопления галактик?

— Наверняка могли бы. При большом желании мы могли бы все взрывоопасные звёзды передвинуть сюда и устроить Армагеддон не у себя, а у соседей. Современная наука даёт чертовски большие возможности.

— В этом я уже убедилась. Но вы не готовы идти военным путём? О, ответ ясен по выражению лица, можешь промолчать. Что ты скажешь Верховному стратегу?

— Правду. Ту самую, которая следует из проведённых расчётов процесса уничтожения моих меток, из твоего рассказа и всех исследований пространства за краем.