Книга Демон на одну ночь, страница 240 – Валентина Елисеева

— А что я должен был объявить? После того, как светлые растерзали малый ковен тёмных и вынудили бежать и прятаться остатки моего рода? Сказать родным, что женюсь на светлой?! Нам требовалось сплотиться с родом Ковентри, союз старших детей последних семей тёмных был лучшим решением.

— Что дало тебе это решение? – приподняла брови верховная.

— Ничего, нас в итоге всё равно рассеяли и перебили по одному, – глухо ответил ведьмак, – но я хотя бы попытался. Хельга, я же знаю, что ты не одна, чего тянешь? Я последний тёмный на земле, моя жена умерла, и ты оказала своим друзьям великую услугу, дав им возможность окончательно вырубить род тёмных на планете. Доделать то, с чем не справились нанесённые мне раны и звери, привлечённые запахом крови, когда я уползал по лесу от отряда светлых. Кстати, спасибо, что тебя не было в том отряде.

— Травля слабых и малочисленных – не мой конёк, я всегда выступала за поединки равных и прекращение бойни побеждённых.

— И много лет просидела в тюремном подземелье за своё миротворчество, а затем бежала в Америку, – продлила историю Аманда, приземлившись рядом с подругой и выразительно помахав метлой. – Мистер Конте, мы пришли не с приговором.

— И вы не последний тёмный, как и мы оказались не последними, – проворчала Ядвига, выдвигаясь в общий ряд вместе с внучкой и правнучкой. За спинами ведьм встали их супруги. (Марко Коста прикинул, что ему не с руки отправлять жену без сопровождения на встречу с тёмным ведьмаком половозрелого возраста – мало ли, какие лихие идеи в голову шальной супруги втемяшатся, лучше сразу выявить и пресечь). Чета некромантов Мирт, Вэллери Мэнс с судьёй Кэмпбеллом, повелитель эльфов и хмурый от нервного напряжения Габриэль пополнили строй. – Всё, война закончена раз и навсегда, закон един для всех и любой геноцид под строгим запретом везде и повсеместно. Чтоб у меня хвост отрос, не думала, что когда-либо скажу это с такой убеждённостью. Кстати, все сообщества Иных, в том числе рода демонов и ковены светлых, сорок лет тому назад принесли нам официальные глубочайшие соболезнования в связи с прошлыми гонениями. Все искренне извинились, посыпав головы пеплом, и поклялись не допустить повторения беспредела, причём действительно не пытаются повторить. Ныне принято судить людей по их делам, а не биологическому виду, даже высшего демона можно отправить в камеру смертников через суд, коли есть за что отвернуть ему голову. Ах да, и главный вопрос!!! Вы готовы влиться в мой тёмный ковен или зарегистрируете свой собственный?

Недоуменно оглядев сильнейших Иных, ведьмак не мог сообразить, что за странные речи они ведут. Неужели рассчитывают обмануть его фальшивой «ветвью мира» и вечными лживыми речами про «непреложность Закона»? Но среди явившихся три тёмные ведьмы, одна совсем ещё девочка лет пятнадцати! И, что примечательно, их никто не трогает, да и чувствуют они себя весьма привольно среди демонов и прочих. Самую старшую из ведьм он смутно припоминал...

— Вы русская, Мария Иванова, так? Мелькали в рядах русских солдат в Первую мировую, мы сталкивались в Карпатах, где обитал мой ковен. Ходили слухи, вы погибли во время конфликта в Югославии.

— Про вас тоже толковали, что вы сгинули во Вторую мировую, но тёмные живучей, чем рассчитывают светлые и прочая братия Иных.