Книга Демон на одну ночь, страница 214 – Валентина Елисеева

— Надо же, я буду дружна с графиней, – рассмеялась Вэл, горячо обняв её и не заметив искрящего напряжения между помолвленными лицами. – Тебя теперь придётся очень долго полностью именовать: графиня де Лорье дю Кюи де Суассон.

— Меня устроит краткое "графиня де Суассон", – проворковала Аманда и подхватила на колени своего котёнка. – Почему не Лорье? Видишь ли, о графинях Лорье история токсикологии как-то умалчивает, а вот графиня де Суассон была в своё время довольно известной личностью. Во Франции во времена правления Людовика XIV разразилась буквально эпидемия отравлений среди знати. Началось следствие, и графиня оказалась в числе посаженных под домашний арест вплоть до прояснения обстоятельств всех дел. Примечательно, что несмотря на сильные подозрения, её не арестовали и не казнили, как других «отравительниц Версаля», а всего лишь попросили покинуть страну. Возможно, графиня была ни в чём не виновата, но я как токсиколог считаю более вероятным, что она травила своих недругов профессиональней, чем другие, не оставляя никаких следов. В связи с чем её и боялись куда больше других: в те времена бытовал миф о таком яде, как кантарелла, который, по желанию отравителя, мог убить жертву через день, месяц или год после того, как был выпит. Поэтому никто из ведущих следствие не мог быть уверен, что мило улыбающаяся графиня ещё не успела подсыпать ему знаменитый яд. И предположение, что им потребуется противоядие, сотворить которое сможет только она, удержало голову графини на её плечах.

— Яд с таким строго рассчитанным отложенным действием вправду существует? – не на шутку заинтересовался судья.

— Нет, кантарелла такой же миф, как панацея, – похлопала ресничками Аманда и коварно усмехнулась жениху, намекая, что современная наука способна воплотить наяву самые разные мифы, надо лишь приложить капельку усилий.

— Какое фантастическое стечение обстоятельств: лучший специалист по ядам нашей современности обретает титул и фамилию графини-отравительницы XVII века, – приподнял ровные брови судья Кэмпбелл, смеясь одними глазами на строгом точёном лице. – Мистер Лорье, в таком совпадении есть нечто мистическое, не находите?

— Я не суеверен, – заверил Габриэль, но покосился на невесту несколько нервозно. В отличие от всех окружающих он успел изучить свою колдунью достаточно хорошо, чтобы опасаться вот такого милого выражения на её личике. Как известно, раздражённая женщина способна превратить в оружие всё, что подвернётся ей под руку, особенно если она – дипломированный знаток ядов и учёная вековая ведьма в придачу.

— Кофе, дорогой? – ласково пропела его невеста, причисляющая кофеин к самым опасным ядам, и высший демон невольно содрогнулся.

— Пожалуй, от кофе откажусь. В последнее время моё пристрастие к этому напитку отчего-то померкло, – ослабив узел галстука, хрипло ответил он под тихие смешки соседей по столу.

Верно говорят, что улыбка старших ведьм пугает сильней, чем ярко продемонстрированное возмущение. Будь он адептом-ведьмаком с мужского факультета академии, уже готовился бы вставать на колени и посыпать голову прахом своих волос и неудачных зелий. Но он был демоном – и с тем же великим усилием, с каким невеста подавляла злость, он подавлял раскаляющуюся страсть к её прекрасно разгневанной особе.