Книга Кризисный центр "Монстр", страница 189 – Валентина Елисеева

Резко обернувшись, она действительно увидела рядом с инкубом женщину с ребёнком. Женщина была молода и хороша той красотой, которую обычно именуют роковой, а тоненькая девочка рядом с ней безжизненно смотрела безучастным взглядом, сложив на груди хрупкие ручки, покрытые следами жутких ожогов. Такие же следы имелись на лице ребёнка и всех открытых участках тела. Элен раньше не доводилось видеть, чтобы у Иных оставались на теле такие отметины: при фантастической регенерации у них начисто заживало всё. Либо девочка совсем недавно упала в огонь, либо в её организме нарушены восстановительные процессы, либо она Иная лишь в очень малой степени.

Покраснев из-за того, что её резкую критику директора услышали посторонние люди, и отложив планы мести на более подходящее время, Элен приветливо улыбнулась и предложила посетительницам расположиться в креслах. Эрл не ушёл к себе, а остался стоять за девочкой, хмуро сведя брови и в кои-то веки не окутывая головокружительным обаянием всех и каждую.

— Какие у вас проблемы? – обратилась Элен к женщине.

— Мы оборотни из Аризоны, огненные саламандры, во второй ипостаси устойчивы к высоким температурам и способны жить хоть в кратере действующего вулкана, – заговорила женщина, оглянулась на девочку и по её щеке скатилась слеза. – Но моя дочь почему-то не унаследовала особенности рода и её обжигает даже пламя горящих дров. Мы берегли её всё детство, а сейчас она пошла в школу и хочет быть как все: скакать в пламени костра, купаться в кипящих гейзерах нашей долины, скользить с горы в потоке лавы. Понимаете?

— Да, я понимаю желание ребёнка влиться в коллектив сверстников, – кивнула Элен. Желание нырнуть в кипяток или вулканическую лаву всё-таки было трудновато понять.

— Мы с мужем подумывали всё бросить, переселиться в город людей, отправить её в человеческую школу, но дочь пока плохо контролирует способность к обороту. Если она превратится в школе, на глазах у людей, последствия будут катастрофическими! К нашему отчаянию, в школе долины дочь тоже в опасности. Вчера её случайно толкнули в огонь, когда она подошла ближе, чтоб посмотреть со стороны на веселье подруг. Счастье, что её быстро вытащили и рядом оказались взрослые...

Женщина залилась слезами, а Элен пробормотала: «Сейчас принесу мятного чая!» и понеслась в кабинет директора, потянув за руку Эрла. Захлопнув дверь (бедная дверь, сколько ею сегодня хлопали), она одними губами прошептала:

— Звук перекрой!

— Нас не слышат, – кивнул демон, – говори.

— Шеф, я не волшебница!!! Я даже не магиня, если ты забыл! Это только в кино вводят в кости железные сплавы, укрепляя скелет, или пропитывают кожу составом, который делает её пуленепробиваемой! А в реальности таких технологий нет и в обозримом будущем точно не будет! Необходимы десятилетия исследований и ещё десятилетия (возможно, столетия!) попыток воссоздать это уникальное природное свойство саламандр искусственным путём. А в настоящем времени я никак – совсем никак! – не могу сделать кожу девочки огнеупорной!

— Легче всего оказать помощь тому, кто меньше всех в ней нуждается, но от трудных случаев нельзя отрекаться сразу, не попытавшись сделать хоть что-то. Это были твои слова.

Элен со стоном закрыла лицо руками и опустилась на то металлическое кресло в углу, на которое её усадили санитары при первом визите в этот кабинет. Она поняла, в чём исток накатывающих приступов грусти: визиты благодарных пациентов сегодня словно подводили финальную черту под плодами её трудов здесь. Будто бы ставили заключительную точку: она сделала для Иных всё, что могла, ничего нового предложить не может, здесь её ресурс исчерпан. Ещё можно изучать физиологию неведомых официальной науке биологических видов, но воссоздавать утерянные ими способности – непосильная задача для неё одной. Всё чаще и чаще будут требоваться года исследований и коллективной работы больших групп учёных в хорошо оснащённых лабораториях, а она...