Книга Приключения в междумирье. Наперегонки со смертью, страница 69 – Валентина Елисеева

— Математический аппарат теста только на семьдесят восемь процентов соответствует Земному, но больший уровень корреляции задать не удалось, – извиняющимся тоном сообщил Си, а Бор добавил: – Но общий принцип сохранен, если что-то нужно пояснить – спрашивай.

«Они издеваются? – еще больше обиделась Вера. – Нет, ну хуже Квазика, честное слово! Даже представить боюсь их «пояснения»! Интеллект определяется не только и не столько математическими познаниями человека, сколько умением изучать новое!»

И пусть ее обида была детской и совсем неподобающей взрослой, разумной, рассудительной женщине! Это была очень полезная обида, поскольку добавляла ей много яркий эмоций, а главное – планов на еще более интенсивные переживания. Она обязательно искренне извинится потом перед коллегами Квазика, но сейчас ее первостепенная задача – выжить.

Хмуро смотря на объемную картинку, Вера ткнула пальчиком в белую клетку, и программа противно пропищала, что уровень опроса снижен. Обида возросла, а апатия и уныние отступили еще дальше. Вот и замечательно!

— Вы мне мешаете сосредоточиться, – заявила она маячащим за ее спиной демонам. – Пожалуйста, отойдите дальше и не подсматривайте! Да, и звук из этой штуки уберите, – ткнула она пальцем в голографический экран.

Хранители миров огорченно вернулись на свои места, Бор небрежным движением хвоста задвинул тестирующуюся Веру в дальний угол, программа перестала пищать, а стала сообщать о понижении уровня опроса письменно. Продолжая с перерывами на «обдумывание» нажимать на белую клетку, не вглядываясь и не вчитываясь в вопросы на экране, Вера осторожно выглянула из-за голубого монитора и увидела, как повернувшийся к ней спиной Си заглядывает через плечо Бора в его большой планшет, на котором некая кривая стремительно ползёт вниз.

— Возможно, ее способность душевно привязываться берет свое начало именно из низкого интеллектуального уровня? – зашептал этим двоим третий хранитель. – Повышенной душевностью в низших мирах часто обладают юродивые, сущеглупые, блаженные, а еще – маленькие дети.

— Очень правдоподобная гипотеза, – дружно согласились все, а Вера скрипнула зубами, снова нажала на белую кнопку и свернула окно программы, быстро выгружая на экран схему безопасности Айчерного Центра.

Как удачно, что она закачала лингву и что в ее двадцати одном проценте есть все необходимые знания для работы на местных продвинутых аналогах компьютеров и баз данных. Ее скромные познания в компьютерных программах лингва хорошо развила и расширила, она теперь о-ч-чень продвинутый пользователь! Стоит признать, что хранители хорошо постарались, создавая защиту Центра, много интересного придумали, но почему так плохо предохранили свои разработки от чужого вторжения?! Они свято веруют в бытующие тут повсеместно догмы, что ни один высший не позволит себе испортить результаты чужого труда, что кадавры недостаточно разумны, чтобы внедриться в головной компьютер и напортачить в нем, а низшие особи и вовсе сущеглупые, как они выразились, и без присмотра хранителей ни на миг не остаются?

Время от времени открывая окно теста и щелкая, не глядя, на белый квадратик внизу, Вера спешно вела свою подрывную деятельность. План был прост, как все гениальное. Основных эмоций у человека не так много, причем главные из них – любовь и счастье – придется отложить до возвращения Квазика, в текущих условиях их слишком трудно перевести в бурную фазу. Что остается? Страх и смех, удивление, гнев и печаль. Печаль в ее случае опасна, гнев уже заменили на обиду, значит – сосредоточимся на оставшихся вариантах. Со страхом важно не переборщить – убегая от жуткого чудовища, рискуешь догнать собственный инфаркт. Удивить ее тоже ныне шибко сложно – если бы глаза могли двигаться вверх, то они б уже неделю вольготно жили на затылке. Ничего, ей главное час продержаться…