Книга Приключения в междумирье. Наперегонки со смертью, страница 31 – Валентина Елисеева

— Истинный вид совсем не плох, надо просто отказаться от чужих, навязанных вам стандартов привлекательности! А привязанность у меня появилась после заключения договора, – проворчала Вера, смущенно отворачиваясь. Квазик не будет против, если она обнародует факт их симпатии друг к другу?

— Ой, Вера, ну кого ты видела после заключения договора?! Дикарей и кронтов?

— Твоего дядю.

— Причем тут дядя? – обескуражено пожал плечами Тан.

М-да, обнародовать факт симпатии не удалось, по причине полного недоумения народа.

— Я так понимаю, Суд глава рода собирает для доказательства ошибочности твоего выбора в качестве ильмиры и обращения к изначальной материи, чтобы убедить ее аннулировать договор? – продолжил юный хранитель.

— Наверное. А это может сработать? – воодушевилась Вера.

— Не знаю, но дядя умный, он кого угодно и в чем угодно убедить может. Значит, ты перестала быть моей ильмирой. Вернешься на Землю?

— Эм-м-м, надеюсь, что нет.

— А что тогда делать будешь? – заинтересовался юный хранитель.

— Если честно, то сейчас обдумывала, как бы повеселее провести последний день своей жизни…

— Повеселее… последний день?!! – Огромные глаза Тана распахнулись на пол-лица. – Вера, может, не так плохо быть моей ильмирой, а? Я веселый!

Вера расхохоталась. Ноги дрожать перестали, тело будто очнулось от спячки, вспомнило о своей второй молодости и забурлило жаждой деятельности. Раз ее спасение взял в свои руки Квазик, то праздничными поминками придется заниматься самой. Так, на всякий случай, чтобы было что вспомнить, если спасение не удастся.

— Когда у тебя черные гонки? – поинтересовалась она.

— Завтра. Придешь посмотреть?

— Если не растворюсь в изначальной материи – обязательно! Ты уже завтракал?

Нет, взбудораженный и напуганный обесцветившейся печатью Тан и не помышлял о еде, так что они с Верой дружно двинулись на кухню. Обнаружить в доме Мими не удалось, и передать ей просьбу Квазика не получилось.

За завтраком на Веру опять нахлынули усталость и апатия, даже две кружки кофе эспрессо не помогли, пришлось срочно сосредоточиться хоть на каком-то деле. А какое у Веры было незавершенное дело? Верно – выяснить, кто мог бы кучу кронтов наплодить! А поскольку лингва предлагала лишь один вариант, то стоило задуматься, такие ли праведники и святоши все эти высшие, как о них думают хранители миров? Вот Вере всякие Ортели совсем доверия не внушали, хоть Квазик и утверждал не раз, что представители высшей расы скорее себя принесут в жертву, чем навредят другому разумному существу.

Покрутив в руках кружку с остатками эспрессо, Вера вкрадчиво спросила:

— Тан, могут ли творцы миров лгать?

— Нет, что ты, – явно поразился паренек. – Высшие вообще не лгут, а уж творцы миров – это и вовсе лучшие из лучших!

Так, политика партии ясна, подозревать высшие расы в темных намерениях хранители миров не могут даже чисто теоретически, поэтому и в расследовании убийства того юноши из Таисхали Квазик не рассматривал гипотезу, что к его смерти приложил руку кто-то из своих же, и Старейший лишь отмахнулся от такого предположения.

— А творцов как-то контролируют? – продолжала гнуть свою линию Вера. – На профессиональную пригодность проверяют, на детекторе лжи тестируют? Может, у кого-то развилась мания величия и стремление захватить Вселенную?