Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 69 – Валентина Елисеева

— Тем, что в отличие от местного населения, ты привычный, натуральный хам! И наружность у тебя самая настоящая, приземленная. Ты возвращаешь мне ощущение реальности окружающего мира, – нахально пояснила Вера.

Квазик недовольно дернул хвостом при первой фразе, а потом поинтересовался:

— Приземленной? Разве для твоей планеты такая наружность, как у меня, является стандартной?!

— Нет. Я хотела сказать, что она не является устрашающе-прекрасной.

— Разве прекрасное может быть устрашающим?

— Может, если вызывает сильнейшее чувство неверия и страха быть обманутой. Большинство земных «проповедников» и «праведников», бродящих по улицам Москвы с такими «просветленными» и доброжелательными лицами – мошенники, обманывающие наивных людей и вымогающие у них деньги. А очень красивые лица наводят на размышления об успехах пластической хирургии и косметологии. В свете же моих новых знаний, меня терзает неуемное желание опрыскать всех встречных стеклоочистителем.

Квазик впал в задумчивость, вероятно – жалея темную низшую человечку, испуганно дрожащую от добрых улыбок. С самим хранителем миров жители городка здоровались уважительно, но суховато. Квазик отвечал тем же.

Больше всего в этом неестественно чистом, уютном поселении с домами, совершенно безопасными для экологии, и людьми, излучающими только умиротворение, приветливость и счастье, Веру поразили дети. Проходя близко от одной из площадок для детских игр, где четырех-, пятилетние на вид дети запускали в небо воздушные шары, качались на качелях, мастерили что-то из подобий конструкторов и пластилина, перекидывались сияющими шариками, похожими на маленькие солнышки, землянка услышала разговор двух малышей на универсальном:

— Чего с самого утра, как в воду опущенный, ходишь? – спросил первый мальчик.

— Клык в горы ушел. Он вырос, нашел себе самочку и ушел, – вздохнул второй. – Три года у меня жил, сандалии мои все изгрыз, спал на коврике у моей кровати, а теперь – ушел.

— Он ушел, чтобы выполнить свое предназначение, заложенное в него природой, – авторитетно заявил первый карапуз. Второй при этих словах плаксиво скривился, изо всех сил удерживая слезы, и первый утешающе обнял друга за плечи: – Если он поранится, то придет к тебе лечиться. Если будет голоден или замерзнет в трудный год – то тоже придет к тебе, в первую очередь к тебе!

— Я не хочу, чтобы он голодал, мерз или болел, – закачал головой маленький печальный мальчик. – Теперь я буду очень редко его видеть. Хотя мог бы навсегда удержать при себе…

На последних словах малыш посмотрел на свои ручки, засветившиеся голубоватым светом, и душераздирающе вздохнул.

— Всё пройдет, – прошептал его друг, – старайся не думать об этом.

Вере захотелось протереть глаза и постучать себя по ушам: действительно ли она видит и слышит верно? Это говорят маленькие дети?! Они от рождения такие философы или сие есть результат воспитания? Тогда страшно представить себе это воспитание…

Долго представлять и не пришлось: юная девушка позвала детей за стол, появившийся вдруг под цветущими деревьями на краю детской площадки. Детки беспрекословно отложили свои игры, встали рядком, протянули ручки над травой – на руки полилась вода. А Вера в полном недоумении рассматривала сервированный для них завтрак. Нет, в меню ее ничто не удивило: каша, неведомые фрукты, красная жидкость в прозрачных бокалах (компот или морс, может – сок какой). Поразили ложки: они были с неудобными длиннющими ручками. С такой ложкой и взрослому управиться сложно, а тут малыши, как-никак.