Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 58 – Валентина Елисеева

— Ой, Мими, надеюсь, Квазик не заругается. И зачем ему столько окон в пустом огромном зале? А теперь будут настоящие окна с видом на настоящую (уж не знаю, в какой степени настоящую) поляну. Зал, кстати говоря, тоже надо как-то обжить – похоже, Квазик сам интерьером занимался, а вернее сказать не занимался, а создал, что требуется постоянно, распихал по углам, как попало, и ладно. Что же его подружки с высокоразвитым художественным вкусом ничего нормального ему не вообразили, а, Мими?

Мими насмешливо замигала глазками.

— Что, они только себе новые формы воображали? – Вера выпятила грудь колесом, поясняя свой вопрос, и Мими ответила утвердительно. – Тогда понятно – заняты были дамы, им не до интерьеров было. Пошли, Мими, вокруг дома – у меня фантазия еще не истощилась. С этих двух сторон сосновый бор изобразим, а с последней стороны попробуем цветник вообразить и деревья фруктовые. Интересно, как это все приживется? Ой, и поливать, наверное, надо? А земля-то у меня нормальная вообразилась, растения не погибнут?

Мими слетела с Вериной ладони вниз, покаталась по земле и отморгала ответ: «Нет», в смысле, что растения не погибнут.

— А птички и бабочки почему не создались, знаешь?

«Да».

— Эх, жаль, что ты не можешь объяснить – почему. Попробуем угадать: животных только создатели миров правильно вообразить могут?

«Да».

— Тоже жаль, но переживем. По-моему, и так красиво получилось.

«Да».

К тому моменту, как способность к воображению у Веры опять истощилась и страшно разболелась голова, успели сформироваться и зажить автономной жизнью: земля с травой вокруг всего дома, редкие ромашки на ней, несколько деревьев соснового бора и пара цветущих яблонь. Беседку с березкой, цветник и увеличение числа деревьев в боре и саду пришлось отложить на будущее, так же как и попытку вообразить синее небо над головой: пока вокруг всего созданного колыхалась серая муть, из которой сверху на поляну лился такой же рассеянный свет, как с потолка в доме.

— Теперь хоть из дома спокойно выйти можно будет, клаустрофобия не замучает, – пояснила свои действия Вера, обращаясь к Мими, которая весело прыгала в молодой траве, старательно придавливая к земле бело-желтые головки ромашек. Ромашки оказались на редкость жизнестойкими: стоило Мими отлететь к следующей «жертве», как зеленые стебельки распрямлялись и лепестки расправлялись. – С облагораживанием территории на сегодня всё, пойдем иллюзии с окон снимем и обедом займемся.

Первым пунктом меню Вера назначила воображенный кофе в кружке с действующим заклинанием – у нее болела голова и кроме навязчивого видения любимого кофеиносодержащего напитка ничего другого в мыслях не крутилось. Пока Мими показательно скакала по пустой сковородке, донося до Веры простую мысль, что на обед должны быть только блины и ничто иное, землянка наслаждалась вкусом капучино, не акцентируясь на отсутствии знакомого аромата у этого напитка. Хотя, честно говоря, без аромата кофе не так хорош… не так…

Головная боль немного отпустила, но воображение было вялым и замедленным, так что с огромным трудом Вере удалось сотворить яйца и молоко. Порадовавшись, что все прочие продукты она вчера вообразила в килограммовых пакетах (а масло – в литровой бутыли), Вера принялась жарить блины, по-честному раскладывая их в три стопки: себе, Мими и Квазику, так как иначе сытой осталась бы только Мими. Понятно, что заговоренная посуда создаст тебе почти что угодно даже при минимальном уровне воображения и бесконечно усталой голове, но блинчиков с таким настоящим ароматом она не создаст.