Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 51 – Валентина Елисеева

— Ты странная, я совершенно тебя не понимаю, – проворчал Квазик. – Но спасибо, что отменила свое из ряда вон выходящее требование.

— Ты не одинок в своем непонимании – я тоже не всегда себя понимаю, – пожала плечами Вера и спохватилась: – Пошли, к лингве меня подключишь! – По телу Веры прошел озноб мучительного страха перед невыносимой болью, но она стиснула зубы и двинулась на выход из спальни.

Ее наградили еще одним недоуменно-изумленным взглядом, но в лабораторию провели и к лингве подключили.

В этот раз Вера держалась до конца, запрещая себе прерывать процесс загрузки. Но тело оказалось слабее духа и потеряло сознание на десятой минуте пытки. Очнулась она на кровати и выслушала сообщение, что в этот раз загрузилось еще десять процентов. Итого: восемнадцать. Негусто.

— Но почему прервался процесс загрузки лингвы? Я же его не останавливала! – возмутилась Вера. Было бы так здорово – полежать спокойно в «отключке» пока все сведения не запишутся.

— Влияние на разум живого существа допускается лишь при добровольном и осознанном его согласии на такое влияние, – пожал плечами Квазик с видом «это же всем известно!», – а в бессознательном состоянии об осознанности и речи идти не может, поэтому процесс загрузки прервался автоматически. Чтобы не нарушать твои права и не лишать свободы выбора.

Потрясающе! Что за дикие представления о свободе – кому нужна свобода боли?! Мазохистам? Так Вера не из их числа! О милосердном обезболивании тут и не слышали или специально навязывают необходимость с лихвой прочувствовать всю «прелесть» загрузки знаний? Вере казалось, что второе вернее, а слова о свободе – только красивые слова. Господи, завтра опять придется решиться на эту пытку?! Хватит ли ей силы воли?

— Ты отлично вообразила столовую, но не создала себе спальню. Ты опять будешь спать здесь, со мной? – уточнил Квазик, смотря, как измученная Вера молча скидывает с себя одежду и заползает под одеяло.

— Тебе что, жалко, что ли? Кровать огромная, а я маленькая – никому не помешаю, – пробормотала Вера и провалилась в сон.

В утренней полудреме Вера потянулась на постели, перевернулась на живот, обнаружила под боком что-то теплое и пушистое, дернула его к глазам посмотреть, что это.

Раздалось шипение.

— Ты опять за хвост уцепилась? – горько спросил приятный мужской голос. Ум-м, какой голос! – Давай, я тебе твой собственный хвост выращу, а? Хочешь – белый, хочешь – серый, с кисточкой, без кисточки, да хоть с тремя кисточками, а?!

Вера зевнула и выпустила хвост демона-хранителя миров. Сегодня она отлично выспалась, все помнила и прекрасно осознавала, чей голос звучит рядом с ней. За прошедшую ночь новые данные из общемировой лингвы немного упорядочились в ее голове, и хоть в мешанине подробных сведений о различных расах следовало бы навести порядок, Вера отложила эту не самую насущную задачу на потом. Пока ее больше интересовали выявившиеся непонятности в данных о демонах-хранителях и в общей структуре сведений о расах, в связи с чем возникали вопросы:

— Что ты имел в виду, когда говорил вчера, что моя внешность не несет смысловой нагрузки?

— То и имел в виду, – пожал Квазик могучими плечами. Он приподнялся на локте и вопросительно уставился в лицо Веры черными глазами: – Сегодня кричать не будешь?