Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 15 – Валентина Елисеева

— О, взять что-нибудь можно! Например, можно взять пару уроков вежливости! Вы меня сюда шантажом, под угрозой смерти заманили, потом всячески оскорбили, обозвали низшей расой, а сами-то вы кто? Хоть бы представились для начала! – вознегодовала Вера.

— Какая угроза смерти? Ты бредишь? – недоуменно вытаращились на Веру черные глаза. Нормальные такие глаза, только что излишне длинные, но это их не портило, просто придавало экзотичности.

«Глаза – самая приятная часть его внешности, – решила Вера, – вот в глаза смотреть и буду, пока к остальному виду не привыкну».

— Все договора по образцам общемирового права могут заключаться только с полного и ненасильственного согласия сторон, – внятно и членораздельно, как глупой маленькой девочке объяснил Квазик. – Выполнение условий договора тоже исключительно на добровольной основе, темень космическая!

— Я не изучала общемировое право, у нас действуют только наши, земные законы! – огрызнулась Вера, но новость о добровольности исполнения условий договора ее порадовала – первую брачную ночь можно будет отложить на неопределенный период времени! На «темень космическую» реагируем философски, то бишь – никак не реагируем.

— Низший темный мир, – скривился Квазик.

— Это я уже слышала, – процедила Вера сквозь стиснутые зубы. Спокойствие, только спокойствие! – А ты из какого мира? И зовут тебя как?

— Зовут меня Амирелоноделисталиэль, низшая человечка, я принадлежу не миру, а самой изначальной материи. Я – хранитель миров, слежу за конгруэнтностью всех трансгрессий и планетарно-мировых психо-полей в вверенном моему попечению сектору Вселенной. Понятно, низшая человечка?

— Нет! Терминология рогатых Квазиков не вносится в Земную лингву, – рявкнула разозленная донельзя Вера, забывшая о всякой философии. Сколько можно именовать ее низшей?! И что за длиннющее имя?!

Вера посмотрела на обескураженного договорного мужа и милостиво уточнила:

— Как имя твое сократить можно?

— Никак! Сокращение имени – это оскорбление рода! – взревел монстр.

— Ясно. Буду звать Квазиком. Чтобы не оскорблять рода, – постановила Вера. Посмотрела на отвисшую челюсть с мощными клыками и ехидно попросила, скорчив просительную гримаску: – Уж сделай снисхождение для темной человечки! Я ведь не сокращаю, просто по-другому звать буду. Будет у тебя такое милое, домашнее, не родовое прозвище – Квазик.

Левый глаз демона нервно дернулся. Взгляд его потяжелел, и Вера испуганно присела бы, если бы ее не парализовало снова – теперь уже от страха. Почему в моменты злости у нее полностью отключаются мозги?!

Рогатое чудище устало вздохнуло, потерло исполосованный выпуклыми черными шрамами лоб, пробормотало нечто похожее на «За что?!» и молвило:

— Зови, как хочешь. Низшие часто зовут нас демонами-хранителями или просто демонами. А тебя как звать?

— Вера.

Какая-то сказка наоборот получается: хранителями миров должны быть ангелы, а не демоны! В растерянности пребывала не только Вера – монстр тоже недоумевал:

— Вера? Вера – это не имя, это понятие. Это понятие есть в общемировой лингве.

— Ну, у меня это понятие является именем.

— Да-а? – Квазик явно поразился. – Тебе позволили в твоем мире взять в качестве собственного имени такое понятие?! Во что же ты веришь?

— В лучшее, – вздохнула Вера, чувствуя, что мозги у нее сейчас закипят от этой ненормальной беседы, в которой ни один из собеседников не понимает другого. – Я каждый день верю, что новый день будет еще лучше, чем сегодняшний.