Книга Черная кошка для генерала. Книга вторая, страница 101 – Валентина Елисеева

Местность, проплывавшая за окном, была Ларе уже знакома: сравнительно недавно она ехала тут в обратном направлении, направляясь из Буртана в Шарилу. Всего две недели назад это было, а казалось — несколько лет прошло. Пышное бело-розовое цветение кустов и деревьев успело облететь, молодая светло-зеленая листва успела потемнеть и запылиться у дороги. Заросли вдоль тракта шли густые и Лара порадовалась, что теперь ей не нужно опасаться за жизнь Леона и старательно высматривать в отдаленных кустах притаившегося киллера, как это было больше месяца тому назад при походе к Буртану.

Не желая терять времени даром, Лара задернула занавески на окнах кареты и начала эксперименты по выявлению собственных паранормальных способностей. Сконцентрировавшись, Лара напрягла зрение, стараясь разглядеть мелкую медную монетку в полумраке кареты. Слезы выступили на глазах, но надписи на монетке оставались нечитаемыми. Лара разозлилась — и зрение прояснилось, как по волшебству: и витой узор по краю монетки стал отчетливо виден, и номинал проступил, и герб Зоиларов на обороте она рассмотрела в мельчайших подробностях. Злость прошла, но кошачье острое зрение осталось.

«Ага, значит, нужен только первоначальный толчок», — запомнила Лара и вытянула вперед руку, стараясь трансформировать ноготки в когти.

Тут дело застопорилось. Как ни пыталась вызвать в себе Лара яркие эмоции, ноготки оставались ноготками. Даже воспоминания о том, как она поймала Леона на лестнице при попытке того в бордель наведаться, не помогали. А вот слух не подвел: стоило сосредоточиться — и сразу стали слышны тихие разговоры солдат, обрывок приказа Леона двум солдатам отправиться куда-то на разведку, скрип зерна в мешках, журчание ручейка где-то вдалеке. За плеском воды Лара расслышала шаги нескольких человек и коней. Это были самые отдаленные звуки, которые она еще воспринимала, и девушка сосредоточилась на них, проверяя и тренируя чуткость ушек. Время шло, карета Лары и шаги за ручьем сближались. Стало ясно, что шаги принадлежат четверым людям. Потом шаги сменились шелестом травы — молчаливые люди прилегли отдохнуть, а Лару вывели из состояния полной концентрации слова Леона:

— У ручья на постой встанем. Обедать пора.

Острый слух и зрение сменились на привычные, человеческие. Лара распахнула шторки на окнах и зажмурилась от ударившего в глаза ослепительного солнечного света.

Ручей был широкий и полноводный с кристально чистой водой. Он протекал по зеленому лугу, на котором обоз Ардамасов встал на стоянку. Телеги и карету поставили кругом, а внутри этого круга развели огонь. Лара смотрела на то, как даже временный лагерь в мирное время солдаты Леона превращают в укрепленный блокпост, и улыбалась: генерал — он всегда генерал. С этой стороны ручья берег был песчаным, пологим, а с другой: холмистым и заросшим кустами. Густые заросли на другом берегу были выше человеческого роста и покрывали всю равнину до самого горизонта. Ниже по течению пили воду кони, которых почему-то не привязали, как всегда, к деревьям, и не расседлали.

По оставленной узкой тропе между телегами Лара хотела спуститься к ручью, чтоб умыться и напиться воды, но ей преградил путь солдат.

— Не выходите с территории лагеря, леди. Это приказ генерала. Воды вам принесут.