Книга Охотница на магов желает познакомиться, страница 95 – Валентина Елисеева

Слова синеглазки Яру определённо не понравились, но рассуждения на тему «почему» он отложил на потом, заинтересовавшись более важным:

— Какие закономерные последствия?

— О непроизвольном воздействии ментальной магии на чувства уже говорилось на занятиях. А именно о том, что её стихийное проявление чаще всего выражается в формировании сильного влечения к магу-менталисту. Однако возможны побочные эффекты. В процессе магического обмена проще простого сформировать перед противной стороной личину его любимого человека – такое действие порой происходит автоматически, если менталист достаточно силён, а объект достаточно влюблён.

Ульяна излагала невозмутимо, словно они сидели в рабочем кабинете, что, по неведомой причине, крепко раздражало Яра.

— Ты пал жертвой иллюзии, которую я создала случайно, хоть обязана была предусмотреть такую возможность и предотвратить её. Впредь подобное не повторится, даю слово менталиста. Хочу отметить, что в твоём обучении мы всё-таки продвинулись на шажок вперёд: я не «выпила» твои силы, а честно обменяла их на свои. Думаю, в твоём мире маги никогда не вступают в магический обмен и не подозревают о своих ментальных силах из-за врождённых мощных ментальных блоков – частенько бывает так, что всему населению мира свойственен набор одних и тех же магических особенностей. Например, все маги мира являются универсалами или все с трудом удерживают контроль над стихиями. В нашем мире и в большинстве других умение вступать в обмен очень важно, иначе при любой твоей сильной эмоции кто угодно сможет наградить тебя магическим истощением.

— То есть, мы и дальше будем тренироваться «вступать в магический обмен?» – уточнил Яр. Эта мысль ему однозначно понравилась.

— Само собой: ты же непрерывно злишься на менталистов, особенно на меня, – холодно ответила Ульяна. – Взаимное чувство неприязни провоцирует обмен не намного хуже страстного влечения.

А вот пояснение пришлось Яру совсем не по душе!

Они стояли в очереди к порталу в зоне отчуждения: к ним никто не смел подойти ближе, чем на три шага. Синеглазка прикидывалась снежной королевой, а Яр завидовал такому самообладанию и старательно глушил собственную непонятную злость. Вроде бы, они всё прояснили промеж собой, но Ульяна по-прежнему выводила его из себя!

Мирно вернуться в университет им было не суждено: за городской стеной разнеслось эхо взрыва, над городом взметнулся столб чёрного дыма.

Народ вокруг закричал и заохал, а неугомонная синеглазка бегом понеслась к городским воротам.

— Бегаем и летаем вместе! – напомнил Яр, подхватывая девушку и поднимая её в воздух, выше городской стены. – Ничего, что я нарушаю секретность своих познаний в магии? До Греблина новости отсюда не дойдут?

— Неважно, там пострадали люди, – напряжённо ответила Ульяна. – Добавь скорости, о великий маг современности.

Боженьки, ну почему она постоянно его задирает и почему его так сильно это злит?!

В центральном районе полыхал трёхэтажный жилой дом. Часть его обрушилась при взрыве, камни кладки и куски перекрытий разметало по соседним улицам. Крупными обломками придавило случайных прохожих, под остатками обвалившегося крыла тоже остались пострадавшие. От места происшествия разбегались люди, крича и размахивая руками. В выходной день в центре города успело собраться много народа и паника грозила новыми жертвами: в смятении наскакивая друг на друга, люди падали на мостовые и по их спинам бежали другие, спасая свою жизнь. Яру приходилось наблюдать в больнице последствия подобного панического столпотворения, и его бросило в холодный пот: остановить обезумевшую от страха толпу крайне трудно, кто не удержался на ногах – обречён.