Книга Охотница на магов желает познакомиться, страница 91 – Валентина Елисеева

Уютно свернувшись в объятьях мужчины, Ульяна философствовала:

— Ночь – волшебное время. Во время сна зачастую решаются те задачи, в которых не удалось разобраться бодрствующим. Расслабленный мозг, лишившись навязчивого контроля разума, выдаёт готовый результат, что своенравно прятал днём. Со мной так бывало часто: ложишься спать с ворохом проблем, а просыпаешься с чётким планом работы над ними; сутками ломаешь голову над магическим уравнением, а утром вскакиваешь с постели, чтобы записать ответ. Так случилось и с делом Малганского маньяка: ворвавшийся в сновидение очевидный ответ разбудил меня и вынудил бежать к порталу, названивая первому дознавателю. Чудо, что именно сегодня сложились все условия, чтобы мерзавец вышел на новый дьявольский «ритуал»! Сама судьба выступила против нелюдя, оборвав цепочку его преступлений. К слову: то, что я умудрилась не заметить тебя – нонсенс. Готова поклясться, ты воздействовал на меня заклинанием отвода глаз и спрятался за ментальными чарами: чарами «пустоты», как мы их называем. Ментальные заклинания такого рода позволяют стоять невидимкой в любой толпе, прятаться от любых поисковых заклятий.

— Я не творил никаких заклинаний, – заверил Яр.

— Выражайся точнее: ты не заметил, как их творишь, – поправила Ульяна и Яр, к своему удивлению, не ощутил привычного раздражения от её поддразнивания.

— Ты говорила перед порталом о рассвете и новолунии, описывая мотивы убийцы, – понял Яр.

— И настолько увлеклась объяснениями осенившей меня догадки, что впервые в жизни не заметила слежку за собой – недопустимый просчёт для менталиста при любом раскладе, – поморщилась Ульяна.

— Я никому о нём не расскажу, – торжественно пообещал Яр.

В ответ он услышал насмешливое фырканье:

— Если я обеспокоюсь тишиной, то заложу тебе ментальную установку на молчание. Делов-то!

Да-аааа, пункт третий в новой концепции мироустройства Яра не поменялся: Ульяна Хальер его по-прежнему выводит из себя! Правда, чуточку меньше, чем раньше...

— Почему сразу не заложила мне установку молчать о твоей ошибке на зачёте? – поинтересовался он.

— Я – благовоспитанный менталист и ратую за добровольное сотрудничество, – внушительно и чопорно ответила Ульяна, а потом разрушила образ суровой преподавательницы, насмешливо добавив: – И знаю, что профессор Листиц сразу бы обнаружил такую установку у пойманного мага.

Яр сокрушённо покачал головой, не сдержав невольной улыбки. Она родилась такой язвительной девчонкой или то результат долгих тренировок в ехидстве?

— Почему жители империи так откровенно тебя боятся? – спросил он.

На него глянули с бесконечным удивлением:

— Ты ещё не понял? Я монстр, – с безразличным видом пожала плечами синеглазка. – Любой сильный менталист – монстр по определению.

Она верит в то, что говорит! А вот Яр, наоборот, стал сильно сомневаться, что синеглазка – монстр. Он посмотрел на бледную девушку, сидящую на его коленях, опасливо посматривая на него. В упоминание о монстре Ульяна будто бы вложила некий намёк, скрытое послание, но Яр не мог сообразить, что это за намёк и о чём послание. Когда глаза не горели потусторонними огнями ментальной магии, синеглазка выглядела самой обычной молоденькой девушкой, которую страшно оставить одну среди толпы. Какой из неё монстр?! Яр припомнил силу недавних ментальных тисков этой дерзкой девчонки... Нет, на монстра она всё равно не тянет. Пора признать: он ошибся, подозревая её в убийствах. В реальности всё обстоит в точности наоборот: Ульяна уменьшает число преступлений, а не увеличивает его. Ошибся он и в наличии тёмной подоплёки у её приглашения в университет.