Книга Тяжесть измены, страница 40 – Наташа Айверс

— Вы выглядите уставшим, — к нему подошла Мария.

— Да, день был долгий, — пробормотал он. — Думаю, пора подняться в номер.

— Я тоже пойду, — сказала она буднично.

Они направились к лифту. Алексей ощущал, как ноги становятся ватными, шаги даются всё тяжелее. Казалось, будто кожа потеряла чувствительность, и странное онемение распространялось от кончиков пальцев рук к плечам. Мысли всё больше путались, глаза с трудом фокусировались. Головокружение усиливалось.

Возможно, сказывались усталость, вино, перелёт… Когда они вошли в лифт, он попытался сосредоточиться, но мир уже начинал терять чёткость. Он привалился к стене кабины, моргнул несколько раз, но перед глазами всё плыло. Сердце билось неровно, медленно, и с каждым ударом ему казалось, что оно бьётся всё тише.

Мария молча смотрела на него. Её пальцы коснулись панели управления, и неожиданно лифт остановился между этажами.

— Что… ты… — Алексей попытался заговорить, но язык словно не слушался.

Она склонилась ближе, её голос был мягким, почти успокаивающим:

— Всё хорошо, Алексей. Просто расслабься.

У него подкосились ноги. Последнее, что он увидел — размытый силуэт Марии стоящей над ним, прежде чем темнота окончательно поглотила его сознание.

Алексей слышал приглушённые голоса. Ему снилось что-то странное: мягкие прикосновения, чей-то горячий шёпот у его уха, жар, который охватывал всё тело. Он пытался открыть глаза, но веки были тяжёлыми. Всё плыло, обрывки реальности смешивались с беспорядочными видениями.

В какой-то момент он почувствовал, что тело его больше не слушается. Сознание провалилось в чёрную воронку. А потом темнота.

Голова гудела. Алексей с трудом разлепил веки, чувствуя, как его накрывает волна тошноты. Было темно, за окнами едва пробивался рассвет.

Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он лежит не дома, в своей постели. А в номере гостиницы. Какой-то странный сон. Сначала шёл, потом падал. Чужие руки его поднимали, раздевали. Чужие прикосновение, какой-то шёпот. Свет фонарика в лицо. Приснится же такое?

Одеяло слегка сползло вниз, и он увидел… голое плечо женщины рядом. Не может быть… Ириша? Он повернул голову, собираясь её обнять, но дыхание перехватило.

Мария.

Он замер. Мозг отказывался осознавать весь ужас ситуации. Ощущение липкого страха пронеслось по его телу. Он приподнял простынь.

Голая. Они оба. В одной постели.

«Нет… Нет… Этого не может быть…»

Алексей резко сел, сердце колотилось в груди. Голова кружилась, а в висках стучала тупая боль. Он тряхнул головой, пытаясь вспомнить хоть что-то, но воспоминания были рваными, туманными.

Внутри него всё перевернулось.

«Что, чёрт возьми, произошло⁈»

Алексей сидел на краю кровати, его сердце бешено колотилось. Мария спала рядом, её дыхание было ровным, лицо — спокойным. Он сидел уставившись в темноту, в висках шумело. Он не помнил… ничего. Как будто кто-то стёр несколько часов его жизни. Это было невозможно. Даже в юности, когда он позволял себе перебрать, память никогда не подводила его настолько.

Всё внутри сжималось от ужаса. Он не мог, не хотел верить в то, что произошло. Он не собирался изменять Ирине. Никогда. Тем более с Марией. Она в последнее время вела себя странно: её взгляды, её тонкие намёки — он видел их, но предпочитал игнорировать. И вот теперь…