Книга Цена выбора. На распутье, страница 27 – Надежда Карпова

— Не напоминайте. Самой стыдно, — она осмелилась поднять взгляд на Ившина. Чего теперь его стесняться, и так уже показала себя во всей красе. Ничего нового он уже не увидит.

— Есть хочешь, Кристина? — сегодня он смотрел на неё с куда большей теплотой. И перешёл на «ты». Интересно, почему?

— Издеваетесь? И без того мутит. Просто воды, если можно.

— Идём, — инспектор проводил её в кабинет, кивнул на стул и налил воды. Сам опять устроился за столом.

Вчера — понимание, сегодня — забота. А ей всегда казалось, что все сотрудники полиции — бесчувственные циники. Странно всё. Но спросить об этом не решилась.

— Опять допрашивать будете? — Кристин допила воду и поставила стакан на стол.

— А смысл? Список вашего класса из базы мы получили, всех уже нашли и допросили. Порядок событий восстановили более или менее. Отчеты все написаны, наказаний всё равно не предвидится, что было ожидаемо, учитывая, кто родители. С ними тоже со всеми побеседовали, так что думаю они сами устроят своим чадам головомойку, — инспектор не скрывал, как доволен этим. Кристин же только сегодня заметила помимо шрама седые пряди в тёмных волосах. Хотя морщин на лице пока не видно, вроде не старый ещё.

— Когда вы всё успели? Сколько я спала?

— Привезли тебя в четыре утра, сейчас четыре пополудни, двенадцать часов прошло.

— Ого. А почему я ещё здесь, если наказаний не будет?

— Потому что Ричард Райт ещё не подписал документы и просил задержать тебя до его возвращения, — Ившин усмехнулся, привычно потирая пальцем шрам на левом виске.

— Вот… злыдень, — она вздохнула, но уже без особого недовольства. — Мне опять в камеру?

— Можешь здесь посидеть.

— Что-то вы слишком добры ко мне, — подозрительно посмотрела на благодушного инспектора.

— Потому что уже пообщался сегодня с мистером Райтом и не могу не признать, что он весьма неприятный человек. Поэтому отчасти рад, что ты посадила его в лужу своей выходкой. К тому же, по сравнению с твоими одноклассниками, ты вполне нормальная. Ещё твоя подруга и Баграт Григорян относительно вменяемые, остальные же — тихий ужас. И в очередной раз мне напомнили, почему я терпеть не могу золотую молодежь.

— Полностью согласна, — Кристин расслабленно развалилась на стуле. Разговор выходил занимательный. И место перестало казаться неуютным.

— А себя ты к ним не причисляешь?

— Я думаю, это больше состояние души и мировоззрение, чем социальное положение. У меня не было шанса стать такой: никто не баловал и сопли не подтирал.

— Не может быть всё настолько плохо. Даже в самые мрачные времена можно найти повод для радости. Всё зависит от точки зрения. Жизнь может измениться в любой момент. Надо просто не упускать предоставленный шанс, — Ившин снова задумчиво потёр шрам.

— Вы оптимист, инспектор. Но я уже в это не верю, — она привычно отстаивала своё убогое болото. Но поневоле начало разбирать любопытство: он из своего опыта это говорит? И откуда у него шрам?

— Посмотрим. Если ты попадёшь сюда в течение месяца ещё раз, я признаю, что твоя жизнь — полный мрак. Если же нет, ты признаешь, что всё не так ужасно, и в твоих силах всё изменить.

— Вы что, пари предлагаете? — не поверила Кристин, пораженно уставившись на Ившина. Заметила лукавую усмешку и возмутилась. — Вам что, лавры священника покоя не дают? Или вы психологом на полставки подрабатываете?