Книга Цена выбора. На распутье, страница 111 – Надежда Карпова

Треон в замешательстве посмотрел на нее и нервно провел согнутыми пальцами по вороту комбинезона, оттягивая его.

— Что не так? — Кристин подалась ближе, машинально засунув листик в карман. — Я опять ляпнула что-то странное?

— Не странное, но…

— Неприличное?

Треон ошарашенно моргнул и отвел взгляд, снова нервно теребя ворот.

— Значит, да. Объяснишь мне? — она придвинулась вплотную, соприкасаясь коленями. Лицо и шея горели, но причудливая смесь азарта и любопытства подзуживали воплотить давнее желание.

— Это сложно объяснить, — тихо выдавил Треон, потом отчаянно бросил на неё взгляд и решился. — Хорошо, я покажу свое терсу.

Он расстегнул молнию комбинезона и развернулся спиной, приспуская его с плеч.

Кристин с волнением придвинулась вплотную, разглядывая.

Красно-желтые переплетающиеся линии походили на кельтские узоры, ярко выделяясь на светло-синей коже. с едва заметной зеленой кромкой вдоль желтой полосы. На ощупь они словно плотные полоски, но наружу не выпирают.

Она сама не заметила, как начала увлеченно обводить пальцами каждый изгиб узора на его затылке, уходящий к вискам и спускающийся на шею. Пальцы покалывало, словно электрические ручейки бежали по рукам, перетекая на позвоночник. По всему телу растекалась волна тепла. Судорожный вздох Треона заставил её остановиться:

— Неприятно?

— Нет, — его сдавленный голос звучал странно сипло.

— А от чего зависит количество цветов и сложность узора?

— Рисунок индивидуальный у каждого рода. А количество цветов показывает его древность. Чем старше он — тем больше становится, но обычно после значимых свершений. Больше трёх цветов пока нет ни у ко... — его рассказ прервал новый жалобный вздох.

Кристин и не заметила, как её руки снова пустились обводить все линии узора теперь на плечах и вдоль позвоночника. Кожа Треона более плотная и шероховатая, но касаться приятно — словно бархата. От кончиков пальцев уже простреливало ощутимым удовольствием, а в животе начал скручиваться непонятный комок жара.

— У тебя тонкая зелёная линия есть по краю желтой.

— Знаю. Она появилась, когда отец стал Старейшиной. Возможно, уже при моей жизни она изменится в полноценный третий цвет. Перестань! — Треон отклонился от её руки и полуобернулся. — Не дразни!

— Значит, тебе нравится! — она торжествующе подалась к нему, улыбаясь. Снова нестерпимо хотелось коснуться. Кончики пальцев зудели, и фантомное ощущение шершавой кожи никуда не делось.

— Это очевидно. Поэтому у нас не принято касаться терсу.

— Но ты уже позволил, а у меня больше может не представится шанса, –подалась вперёд, стягивая комбинезон ниже, чтобы увидеть, где кончается узор.

— Хватит! — Треон резко подался к ней, разворачиваясь. Запутался в рукавах и раздраженно стряхнул их с рук. Потом опрокинул её и прижал к земле, фиксируя запястья. — Я ведь просил: не дразни меня.

— А то что? — она сама не понимала, какой бес дергает за язык. Это на неё непохоже, но как же надоело быть пай-девочкой. Впервые в жизни хотелось послать всё к черту. И позволить себе…

Сердце колотилось, дыхание сбивалось. От мест, где Треон касался её, словно жар с покалыванием растекался. Тело уже горело. Даже впивающиеся в спину ветки не могли перебить приятных ощущений. Он словно ощутил её дискомфорт. Перестал прижимать и подвинул на место, которое они уже основательно примяли, пока сидели. Даже в такой момент он проявляет заботу и чуткость. Что за невозможный парень! Кристин растрогалась.