Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 110 – Екатерина Ильинская

— Нам долго ещё? — спросила я, чтобы хоть что-то сказать.

— Нельзя торопиться, — напомнил Хэй Фэн.

Я не ответила. Да и что отвечать? Что хочу выйти? Что боюсь оставаться рядом с ним? Что боюсь идти дальше? Всё сразу?

И вдруг тишину разорвал крик.

Он пришёл откуда-то спереди и слева, полный такого отчаяния, что у меня волосы на затылке зашевелились. Крик оборвался так же внезапно, как начался, но через мгновение повторился. Слабее, но всё такой же страшный.

Я замерла, вслушиваясь. Голос показался знакомым.

— Нефритовый Лотос, — выдохнула я.

Снова крик. Теперь я узнала его точно. Нефритовый Лотос была где-то впереди и нуждалась в помощи.

И тут же в голове вспыхнуло другое: принц. Лан Чжун. Он ушёл к ней. Может, он тоже там? Может, он тоже в беде? А если нет? Если он уже выбрался, а её бросил? Нет, не может быть. Он не такой. Но вдруг… с ним что-то случилось?

Я не додумала. Ноги сами понесли вперёд, туда, откуда доносился крик. Страх перед демоном, усталость, дрожь в коленях исчезли. Их затмила одна мысль: там живой человек, там кто-то, кого я знаю, и ей страшно так же, как мне было страшно, когда за мной гнались тени.

— Стоять! — рявкнул Хэй Фэн сзади.

Я не остановилась. Крик повторился. Теперь он был тише и жалобнее, и от этого хотелось бежать ещё быстрей. Нельзя оставлять живого человека один на один с тем ужасом, что живёт в этом Лабиринте. Я знала, каково это, когда тьма смыкается вокруг и некому прийти на помощь.

— Шу… — Начал и оборвал себя демон, едва не назвав меня по имени. — Светлячок! — В голосе прорезались те самые нотки, от которых разбегались тени. — Да стой же ты!

Но я уже влетела в поворот, оставляя демона позади. Может быть потому, что его теперь боялась больше, чем теней? И очень хотела оказаться рядом с кем-то живым, пусть и находящимся в опасности?

Шёпоты стали громче, взбесились, перешли в крик. Лабиринт не любил, когда пленник не слушает. Из стен начали проступать тени — силуэты людей, зверей, чудовищ, сотканные из более густой тьмы. Одни тянули к нему руки, другие закрывали собой проход. Каждая тень несла в себе чью‑то историю: погибший воин, оставленный ребёнок, старуха, не дождавшаяся сына.

– Посмотри на нас, — требовали они. — Ты спасал других, но не спас нас.

Кай Синхэ не отвечал. Его пальцы двигались быстрее, и мелодия стала иной — приговором. В звуках флейты появилось повеление, которому нельзя было не подчиниться, и тени начали таять, словно дым, прибитый влажной тканью. Лабиринт шевельнулся, меняя линии силы, но пока не смел ударить открыто.

Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»

Крик Нефритового Лотоса разрывал тишину, и ноги несли меня быстрее, чем когда-либо в жизни. Сзади всё ещё звучал голос Хэй Фэна, но всё слабее и слабее. Однако его присутствие чувствовалось, как чувствуешь за спиной гору.

Коридор резко оборвался, расширяясь в огромный зал. Я выскочила в него и замерла, ослеплённая.

Здесь было светло. После мягкого золотистого света моей ци, холодный, бело-зелёный казался чуждым и неприветливым. Сотни, тысячи огоньков плясали в воздухе, отражаясь от воды, покрывавшей пол, и от влажных стен. Они подлетали совсем близко, но не жгли, хотя от их прикосновений кожа покрывалась мурашками, словно невидимые пальцы касались лица, рук, шеи, проверяя, живая ли я. А ещё их танец создавал иллюзию, что зал бесконечен, что стены его уходят в неведомую даль.