Книга Простая история, страница 31 – Рита Лурье

«Надеюсь, что у тебя все в порядке…»

«Эй?»

Джозеф сопротивляется рекордное количество времени, но у него нет шансов выиграть это сражение. Организм требует своего. В итоге он засыпает в самый неподходящий момент. Это чертовски обидно. Только ему удалось подобрать правильные слова! Они едва ли тянут на крепкий мост через колоссальную бездну непонимания, но уже что-то. Он закрывает глаза всего на минуту, пока Грин уходит звонить. И все — сознание просто выключается. Как разряженный телефон.

Джозеф приходит в себя и не сразу понимает, где находится. Голова натужно гудит, как двигатель падающего самолета. Приходится потрудиться, чтобы восстановить цепочку своих злоключений. Енот… конфликт с Грин, удар лбом о руль… В самом эпицентре шторма, конечно, эта невыносимая женщина. Она — причина всего. Джозеф с ужасом понимает — он все еще в ее доме, где он самым нелепым образом сбежал от важного разговора. Шанс подлатать их отношения, скорее всего, безвозвратно упущен.

Он не торопится открывать глаза, рассудив, что прикидываться спящим — не такая уж и плохая тактика. Он оценивает свои ощущения. После сна на неудобном спальном месте во всем теле ощущается дискомфорт. Выпирающие из дивана пружины явно оставят Джозефу синяки на долгую память. И это помимо навязчивой, неутихающей головной боли. А еще ему очень жарко, и некая сторонняя сила вжимает его глубже в диван сразу в нескольких местах.

Так. А вот это уже совсем странно! Джозеф приоткрывает веки, саднящие из-за переношенных линз, но в комнате очень темно. Впрочем, он итак догадывается, что происходит, но ему не помешало бы хоть какое-то объяснение. Почему это происходит? Зачем?

Какого…

— Эй. Грин, — Джозеф трясет ее за плечо, ведь это именно она примостилась рядом с ним на крошечном остатке пространства. Грин ли? Она ведет себя подозрительно мирно — тихонько посапывает, устроив голову у Джозефа на груди. Повсюду ее волосы и конечности. Она обхватила его руками и ногами, как огромного плюшевого медведя. Или как хищник добычу, что куда больше подходит в их случае. Ему не сбежать. Он в западне.

Джозеф совершенно растерян. В его многострадальной голове роятся самые немыслимые предположения. Ему не нравится ни одно из них.

Иви-Рейчел окончательно сошла с ума, потеряла связь с реальностью и приняла его за кого-то другого?

У нее раздвоение личности и она демонстрирует другую свою сторону, несколько более дружелюбную, но, как только вернется ее эго-стервы, оно, не разобравшись кто виноват, выместит всю злость на Джозефе?

Ей просто больше негде спать, ведь они так бедно живут с подругой, что это единственное спальное место во всем чертовом доме? Последнее объяснило бы некоторые раздражающие особенности ее характера. Качественный, регулярный сон — залог успешной интеграции в человеческое общество. У нее с этим, определенно, проблемы.

Есть только один шанс разобраться.

— Эй, Грин, — повторяет Джозеф и снова толкает ее в плечо. Притрагиваться к ней неловко, но куда менее неловко, чем навязанный ею тесный контакт. Она бормочет:

— Еще пять минуточек… — и шевелится. Ее колено, покоящееся у Джозефа на бедре, все теснее приближается к его паху. Ситуация становится все абсурднее. Он загнан в угол.

— Дождь закончился! — замечает он громче и не узнает собственный голос, сделавшийся внезапно выше и тоньше. Грин тоже чувствует подвох. Она наконец-то просыпается и слепо щурится в темноту. Но при этом она вовсе не торопится убрать свое колено, свои руки и саму себя подальше от Джозефа.