Книга Четвертый муж не нужен, страница 61 – Мила Морес

Я стою на темной лужайке перед замком, в небе нет звезд или яркого шара по типу Луны, чтобы хотя бы немного подсветить мне дорогу. Ноги отяжелели от страха, но я насильно их передвигаю в том направлении, где была дверь. На мою ладонь упала маленькая капля, и в этом же месте запекло настолько сильно, что к глазам подступили слезы. Еще несколько капель пролетели мимо, и я спрятала руки в рукава, стянула на себе плащ, чтобы закрыть все оголенные участки тела, тут же к ногам вернулась былая легкость и я побежала к двери, наощупь выбирая себе дорогу. Только чудо помогло мне не упасть и добраться до входа в замок. В это же время ноги обжигало, слишком много на них попало капель.

— Откройте! — стучу в закрытую дверь. — Пожалуйста, откройте! — дверь не поддается. Хорошо, что я стою под крышей, и едкий дождь больше не касается моей кожи, но голени пекут так, будто с них содрали кожу.

За дверью тишина, весь замок спит. Мои мальчики наверху, слишком далеко от входа, да и спят они так, что танком не разбудишь. Есть надежда, что кто-то из слуг меня услышит, но пока что я кричу в пустоту. Слышит меня только непроглядная тьма, но даже в ней слова обрываются, их срывает усиливающийся дождь.

— Приди ко мне, — женский голос прошуршал из темноты, — приди ко мне, — повторил жуткий шепот.

Дрожа от страха, я ухватилась за металлическое кольцо на двери, начала стучать изо всех сил, а голос ночи продолжал звать меня под убивающий дождь. И было в теле такое ощущение, что если металлическая ручка выскользнет из моих рук, я пойду на этот зов, отдам стихии всю себя.

— Я буду ждать тебя через мей… Возьми его с собой, — шепот зловеще выдает инструкцию, я едва разбираю слова, почти не вникаю в их суть, мне слишком страшно.

Дождь усилился, к нему добавился шквальный ветер, капли снова касаются моих голых ног, обжигают, обессиливают, я кричу от боли. Неожиданно в замке начал мигать свет, послышалось громкое мычание, будто в каменной кладке кто-то живет, его дополнил душераздирающий вой, затем и звон стекла в оконных рамах. Дверь наконец-то открылась, из-за нее выскочил ошеломленный Лайт. Он не сразу меня заметил, так как я вжалась в угол за дверью и тихо всхлипывала. Обжигающий дождь полоснул его открытое тело, но он не обратил на это внимания, ухватил меня на руки и побежал дом. Дверь за нами захлопнулась сама. Перед тем я успела услышать из темноты тот же шепот:

— Приди ко мне. Ты спасешь их всех.

Лайт занес меня в купальню, залез вместе со мной в прохладную воду, тело начало успокаиваться, тому способствовали и объятия мужа. Дрожь не прошла, но мне стало спокойнее. Лайт омыл мое тело, затем усадил на небольшой стульчик, начал натирать зеленоватой мазью раненные места на ногах, нашел и маленькую точку на руке. Я обмакивала палец в ту же тягучую жижу и точечно покрывала ранки на его теле. Все это мы делали без слов, и я поняла, что со мной сейчас не Лайт.

— Крайт, это ты? — спрашиваю мужчину, перематывающего мои израненные голени. Он кивнул, и продолжил молча наматывать подобие бинта, скрывая дождевые ожоги.

Насколько я успела заметить, не так страшна там ситуация, чтобы еще и с бинтами на обеих голенях ходить. Зеленая мазь оказалась почти волшебным средством, ожоги быстро затянулись, остались лишь темные пятна, величиной с горошины.