Книга Альфа для видящей Тьму. Сделка на жизнь, страница 95 – Нинель Верон, Елена Абернати

— Дарина! Черт возьми, ты какого хрена творишь?!

Я запрыгнула на спину чудовища, и оно, почувствовав мой вес, стало реветь и пытаться сбросить меня.

Маршал бежал рядом, его клинки сверкали в лунном свете. Он наносил удары с такой силой, что лезвия проходили насквозь, разрезая тварей пополам.

Мы неслись вперед, сметая монстров с пути. Но наша победа была временной. Если не уничтожить источник их силы, они будут возрождаться снова и снова, восставать из пепла, коего здесь было в избытке…

Казалось, этот мир — одно сплошное кладбище и вурдалаки используют именно некромантию, чтобы воскресить и создать себе целую армию.

Плащ, который я носила, был сорван в первые же секунды, но я не обращала ни на что внимания. Цель была близка.

Тварь неслась вперед, прямо по копошащимся телам, словно они были лишь ступеньками на пути вверх. В какой-то момент Макс ускорился, схватился за другой нарост и запрыгнул на адскую псину прямо на ходу.

Он уселся спиной ко мне, держась одной рукой за шип, выступающий из бока собаки. В другой Макс сжимал длинный клинок, разрубая тварей. Чудовища ревели, хватали меня за ноги и руки. Кого-то я отпихивала, кого-то полосовала оружием, используя свою ловкость и магию.

Тем временем на нас надвигалась стена из воющих тварей, объятых пламенем.

Я поняла, что мне показали правду: это был единственный способ уничтожить Тьму. Греческий огонь, пламя преисподней. Только он был способен пожрать тела мертвяков. Только от него эти монстры могли сдохнуть окончательно и не возродиться. Сгореть до пепла. Но если я воспользуюсь им, то сама не выживу. Он поглощал все на своем пути. Без разбора. Безжалостно и стремительно.

Поглощал все живое и неживое.

От этого пламени не уйти никому, в ком есть хоть капля Тьмы.

Ни мне, ни Маршалу…

— Макс! Уходи! — закричала я, активируя магию артефакта, что висел на шее. — Тебе не выжить в греческом огне!

— Тебе тоже! — Макс прочно уселся на нашей гончей и крепко сжал меня в объятиях. — Помнишь? Вместе! Навечно! До самого конца! Делай, что задумала! Я с тобой! Люблю тебя, моя сладкая…

— И я тебя люблю! — произнесла уверенно, ощущая надежного мужчину за своей спиной. — Люблю и доверяю!

— Активируй артефакт!

Амулет засиял голубым светом.

Я откинулась на грудь Макса и сжала артефакт, чувствуя, как он нагревается.

Сначала это сияние согревало, защищая от вымораживающего холода изнанки. Чем больше магии мы вкладывали в артефакт, тем ярче он светился.

Макс не остался в стороне. Он накрыл мою руку своей, переплел наши пальцы на амулете, вливая туда собственную силу.

— Действуй, любовь моя!

Наши силы хлынули в артефакт мощным потоком, мгновенно заполняя его до краев. Побрякушка в виде звезды нагрелась. Из ее середины выстрелил шип, впиваясь в наши с Максом ладони. Он оказался настолько острым и длинным, что проткнул наши руки насквозь.

Артефакт жадно заурчал, захлюпал, насыщаясь нашей с альфой кровью. Он, словно живой, впитывал все до последней капли, превращаясь в ярко-красный кристалл.

Рука болела, но я не отпускала наше единственное оружие против вурдалаков. Свечение артефакта усиливалось и разрасталось по мере того, как мы приближались к триаде. Оно уже слепило глаза.

Мертвая собака под нами больше не брыкалась. Наоборот, она будто почуяла магию амулета и стала впитывать ее. Насыщаясь живой силой, гончая под нами возвращала свой прежний вид.