Книга Скандальная блогерша для драконьего лорда, страница 71 – Лина Дорель

Я провела ладонями по его груди, чувствуя под пальцами тепло его кожи, бешеный ритм сердца.

То, что произошло дальше, было битвой. Борьбой за контроль, за власть. Он задавал ритм — жесткий, требовательный, неистовый — и я принимала его вызов, отвечая с той же страстью, с той же яростью. Наши тела двигались в идеальной синхронности, словно созданные друг для друга, и каждый толчок приносил новую волну удовольствия, которая поднимала меня все выше и выше.

* * *

Я проснулась от яркого солнечного света, бьющего прямо в лицо через незанавешенные окна. Первое, что я осознала — это то, что я не в своей постели. Второе — что я не одна.

Элиан лежал рядом со мной на спине. Простыня скромно прикрывала его бедра, оставляя обнаженным торс, на котором в утреннем свете были отчетливо видны красные следы от моих ногтей на плечах и груди.

Я осторожно приподнялась на локте, рассматривая его спящее лицо. Во сне он выглядел моложе, спокойнее: напряженные линии вокруг рта и между бровями разгладились, и я впервые видела его по-настоящему расслабленным. Его ресницы — почти неприлично длинные для мужчины — отбрасывали тени на скулы, и я поймала себя на том, что хочу провести пальцем по линии его челюсти, почувствовать легкую щетину, которая успела пробиться за ночь.

"Боже мой, — подумала я, осторожно откидывая волосы с лица. — Что я наделала?"

«Боже мой, — подумала я, осторожно откидывая волосы с лица. — Что я наделала?»

Потому что это было больше, чем просто секс. Это было больше, чем физическое влечение или игра в соблазнение. Что-то изменилось прошлой ночью, что-то фундаментальное, что-то, что я не была уверена, что готова признать.

Я чувствовала себя привязанной к этому странному, прекрасному мужчине, который одновременно пугал и притягивал.

Воспоминания о прошлой ночи нахлынули волной, и я почувствовала, как жар разливается по щекам. Мы занимались любовью три раза — первый раз яростно и отчаянно, прямо здесь, на этой безупречной белой постели. Второй раз — медленнее, нежнее, когда первая буря страсти улеглась и мы могли исследовать друг друга не торопясь, изучая каждую реакцию, каждый вздох, каждый стон. И третий раз, глубокой ночью, когда я проснулась от его губ на моей шее и его руки, скользящей по моему бедру.

Между этими моментами мы лежали, обнимаясь, и разговаривали о глупостях, о серьезных вещах, о его мире и моем. Он рассказывал мне о драконах, об их природе, о том, как сложно удерживать две сущности в одном теле — человеческую и драконью. Я рассказывала ему о моем мире, о блогерстве, о бесконечной погоне за хайпом и вниманием, которая теперь казалась такой пустой и бессмысленной.

А теперь, в холодном свете утра, я лежала рядом с ним и чувствовала, как внутри меня разворачивается паника.

Этого не должно было произойти. Это была игра. Провокация. Способ развлечься и заполучить его внимание. Не более того.

Но теперь это было больше. Гораздо больше.

И я не знала, что с этим делать.

Потому что привязанность означала уязвимость. Означала зависимость. Означала, что кто-то может причинить тебе боль — настоящую, глубокую боль, а не просто задеть самолюбие или испортить репутацию.

В моей прошлой жизни я никогда не позволяла себе привязываться. У меня были поклонники, любовники, спонсоры, но никого, кто действительно значило бы что-то для меня. Никого, кто мог бы проникнуть под мою тщательно выстроенную броню и достать до настоящей меня, той Вики, которая пряталась за масками и фильтрами.