Книга Будни типичной злодейки, страница 72 – Эми Эванс

— Нет-нет, сейчас иди!

— Как сейчас? — округлила глаза заплаканная девица, — Я же сейчас плохо выгляжу.

— Вот заявишься к ректору и скажешь, что так влюблена в него, что сил уже нет. Все глаза проплакала. Его точно проймет, мужчины любят утешать несчастных леди.

Вероника взглянула на меня со скепсисом, но под моим убедительным взглядом все же прониклась. Решительно поднялась, отряхнула юбку и, задрав повыше подбородок, уверенно произнесла:

— Ты права, пойду сейчас. Нейтан еще пожалеет, что отказался от меня.

И не дожидаясь от меня никакой реакции, гордо удалилась.

А я ведь говорила, что у нее одна извилина и то прямая!

Ой, а что это я расселась? Мне же тоже нужно спешить! Вон как леди Лере быстро каблучками стучит. Я так все самое интересное пропущу.

Злобно похихикивая и предвкушая будущее развлечение, я отправилась к выходу из академии. Сейчас обогну здание и окажусь прямо под окнами ректорского кабинета. Погода дивная, надеюсь, демон решит подышать свежим воздухом и приоткроет створки. А там дело опыта, запускать заклинание, которое будет помогать мне подслушивать, я научилась еще в весьма юном возрасте.

Проще, конечно, было бы провернуть подобное изнутри. Там не нужно будет переживать, открыл ли лорд Вальтер окно или нет. Но этот демонюка проницательный сразу поймет, чьих рук дело этот небольшой спектакль.

Когда я добралась до вожделенной стены и потопталась по газону, собираясь отправить в приоткрытое, на мою радость, окно заклинание, то поняла, что опоздала.

— Отчислена!!! — по всей округе пронесся гневный рев одного демона.

Мои губы тут же расплылись в блаженной улыбке, а по груди разлилось тепло. И так хорошо мне стало. Наконец! Теперь можно считать, что я в полной мере отомщена за ту сцену во дворце.

Так, а теперь надо драпать (ой, то есть, выполнять стратегическое отступление), пока меня не поймали на месте преступления.

— Фон Соммер, будьте добры, объясните, почему вы топчитесь по моему газону? — раздался голос главы академии прямо у меня над головой.

Задрала голову и увидела злющего и взъерошенного демона. Я же этой дуре велела томно повздыхать. А она что? Домогаться его полезла? И это без лучшего комплекта белья? Совсем девки от рук отбились.

И глаза у ректора так красноречиво кровью наливаются, что точно надо драпать, пока под горячую карательную руку не попала.

— Да я тут это, гуляю, — невинно выдала я первое, что пришло в голову, растянула губы в любезной улыбочке и мило похлопала глазками.

Нет, демон не проникся. Сложил руки на груди и взглянул на меня скептически.

— Под моим окном?

Кивок.

— Именно тогда, когда ваша соперница с чего-то вдруг пришла признаваться мне в любви?

Снова кивок. Ой, то есть, нет. Отчаянно трясем головой.

— Да какая она мне соперница, — произнесла снисходительно и рукой махнула, мол, что с этой болезненной взять вообще.

— Значит, это вы ее надоумили, — пришел к выводу ректор.

К крайне неправильному выводу, между прочим!

— Что значит, надоумила? — возмутилась я, тоже сложив руки на груди, — Я всего лишь поделилась мыслями о том, какой вы умный, мудрый, благородный и вообще замечательный ректор. Кто же виноват, что она такая впечатлительная?

— Умный, мудрый, благородный и вообще замечательный, значит? — каким-то нехорошим тоном уточнил лорд Вальтер.