Книга Второй шанс для мачехи, страница 85 – Айли Иш

Эрдман больше не желал, чтобы его жена оставалась одна, поэтому попросил вдову побыть с ней, пока Калистен занимается экипажем. Любопытная женщина не отказала и засыпала Альфидию неуместными вопросами, но графиня была так счастлива от того, что страшное обошлось и Калистен признал ей в любви, что даже не обиделась и не расстроилась. Она всё ещё прибывала там, на балконе, в его крепких руках и слышала его слова. Он любит её! Любит!

Как только Эрдман забрался вслед за женой в карету и сел напротив, Альфидия почувствовала, что её отпускает.

Они тронулись в путь и графиню немного качнуло в бок и она начала заваливаться, Калистен тут же сел рядом, прижимая к своей груди жену, и Альфидия закрыла глаза, наслаждаясь мерным покачиванием экипажа.

— Ты спишь? — осторожно спросил Калистен, поглаживая жену по спине, словно черпая от одного этого действия умиротворение.

— Нет, — в темноту ответила графиня, чувствуя, что сейчас между ними вновь возникает это волшебное чувство единения, словно они вдвоём, а весь мир там, за пределами их личного пространства.

— Как себя чувствуешь? Может, тебе вызвать лекаря?

— Я, конечно, слаба, но лекаря не надо, лёгкое недомогание, но надеюсь, что оно пройдёт.

— Тогда как приедем, отправимся спать, тебе нужно будет набраться сил, — мягко сказал Калистен.

Альфидии совсем не понравились эти слова, более того, они вызвали в ней протестное раздражение.

— Я требую, — она подняла голову и посмотрела мужу прямо в глаза, — чтобы ты исполнил супружеский долг.

Брови графа удивлённо взметнулись вверх, а затем он улыбнулся так широко, что внутри аж полоснуло всепоглощающим счастьем.

— Альфи, — муж осторожно убрал волосы от её лица, огладив овал лица, — ты не представляешь, насколько опасные слова произносишь.

— Ты вернулся уже давно и у нас ни разу… — графиня запнулась, опустила взгляд ему на грудь, краснея и нервно облизывая губы. — Ты же сам сказал, что теперь всё будет по другому, так почему…?

— Альфи, — Калистен приподнял лицо жены за подбородок, чтобы смотреть ей в глаза. — Ты действительно не понимаешь?

— Нет, — прямо сказала графиня.

— Ты была не готова всё это время, я же видел, — граф наклонился и мягко поцеловал жену в носик. — Я не хочу, чтобы ты себя заставляла, для меня будет невыносима только мысль, что ты принудила себя, будто я какой насильник.

— Но раньше так оно и было, — просто сказала Альфидия, не собираясь убегать от неприятной правды. — Я ложилась с тобой, потому что так надо было, а не потому что так хотелось.

— Да, — грустно улыбнулся граф. — Но то было раньше, Альфи, тогда мы просто делали то, что от нас требовал закон, не заставлял тебя больше нужного. Но сейчас… сейчас я люблю тебя, сейчас я не отношусь к тебе как к жене, с которой должен жить по закону, теперь ты любимая женщина, которую я желаю, которую хочу баловать и любить. Ты не обязана чувствовать ко мне любовь, но и переступать через себя, чтобы удовлетворить меня, тоже не нужно. Поверь, близость может быть приятной даже без любви. Это будет не тем, что у нас было раньше и я доставлю тебе удовольствие.

Альфидия слушала, задержав дыхание, щёки уже просто пылали в темноте, а жгучие предвкушение свернулось клубком внизу живота и жалило.

— Тогда, — она спешно облизнула сухие губы, — тогда покажи мне это, Калис, покажи какой приятной может быть близость. Я никогда не… не было у меня такого опыта. Если это так же прекрасно, как твои поцелуи, то я согласна.