Книга Молия, страница 28 – Маргарита Серрон

— Добрый день, сударыня. Меня зовут Матвей.

— Молия. Очень приятно.

Киан не обращал на нее никакого внимания, он молча отдал ключ от машины лакею и прошел в дом, даже не предложив ей проследовать за собой. Моля разозлилась. Высокомерие бывшего босса ее начало бесить и выводить из себя. Она никогда не отличалась терпением и рассудительностью, но старалась быть сдержанной и не устраивать скандалы на пустом месте. Она вдруг подумала, а может послать все к чертям и убежать? Но взяла себя в руки и решила не обращать внимание на пренебрежение и снобизм хозяина дома. Она сама его догнала.

— Киан подожди, а где гости?

— Они приедут ровно в 21.00.

— Но ведь уже скоро девять, а где музыканты? Ты же говорил о концерте?

— Молия, твое отношение к времени непростительно, музыканты будут на месте в 20.45, гости в 21.00.

— Ну и дрессировка, это ты все организовал? Как же все тебя так слушаются?

— У них нет выбора. А организовал все Матвей, он мой новый помощник.

— Подожди, с костюмами все понятно, историческая реконструкция, костюмы 17 века, русское дворянство, ну а еда хоть будет? Я сегодня почти не ела. В России всегда умели вкусно готовить. Ты не подумал об этом?

— Еда, гостям нужно есть, я совсем забыл, сейчас закажу.

— Ну ты даешь, Киан, это же самое главное на приемах, я могу тебе помочь, хочешь бутерброды нарежу?

— Ты странная. Зачем тебе это нужно?

— Не понимаю, о чем ты?

— Я заметил, что сегодня ты хочешь мне понравиться, вчера у тебя не было такого желания. Что изменилось? — Киан сканировал девушку, наблюдая за ее реакцией.

— Да мне пофиг. Сам занимайся своими гостями. Пойду дом посмотрю.

Моля надула губы и отвернулась. Она вышла из комнаты и направилась в огромную гостиную, где находился старый камин. Все было неухоженное. Грязные окна, растрескавшаяся от времени и сырости мебель, люстры с торчащими проводами. Не понятно, как можно было жить в таком доме. Помощник, Матвей, вырядившийся лакеем, пытался разжечь камин влажными дровами. В доме действительно было прохладно и как-то зябко. Ни уюта, ни тепла, ни веселья. Странная вечеринка. Ну еще не вечер, может все будет впереди, просто они рано приехали. Зачем арендовать такую большую усадьбу, если не можешь в ней навести порядок и подготовить ее к приему гостей?

Моля вышла и из гостиной и прошла по коридору вглубь дома. Она почувствовала, что совсем окоченела. Кажется, здесь еще холоднее, чем на улице, нужно возвращаться в гостиную. Хоть бы чай горячий дали попить, так и заболеть можно. Она решила самостоятельно найти кухню и сделать себе чай. Обычно в старых усадьбах кухни располагались в отдельных пристройках, которые соединялись переходами с главным зданием, но это раньше, а сейчас все отдавалось на откуп хозяевам дома. Гробовая тишина в помещениях просто угнетала. А она еще переживала за свой внешний вид. Нужно переживать только за отсутствие теплой одежды. В пору валенки надевать и шапку, а не вечернее платье с декольте. Не завидовала она дамам, которые прибудут в открытых вечерних платьях.

— Льен, привет.

— Киан, ты зачем со мной связался, это запрещено, ты же знаешь, никаких контактов с ссыльными. Я уже дома, а ты в аду.

— Я больше не могу здесь находиться, меня все раздражает.

— Ты что, только несколько дней прошло, ты вспомни, что у тебя еще год впереди. Ты себе не представляешь, как я счастлив, что вернулся домой. Не могу тебя не подразнить. Приятно, если тебя это раздражает. Побудь в моей шкуре. Ссыльным не сладко в изгнании.