Книга Молия, страница 249 – Маргарита Серрон

Дружба между жрецами была очень условна, связи создавались и тут же рвались. Как только это становилось им не выгодно. Все были лидерами и с трудом мирились с чужим мнением и авторитетом. Но в том и была суть системы управления, где каждый лидер дополнял другого, одновременно ограничивая, на каждом уровне правления. Дефицит эмоций восполнялся мелкими стычками и колкостями. На проявление любви и доброты в чистом виде или хотя бы завуалированном, жрецы были малоспособны. Слишком высоко они стояли над смертными и слишком долгую прожили жизнь, растеряв многое по пути. Троица высших жрецов не являлись исключением. Они не дружили, но терпели друг друга тысячу лет, будучи мудрыми правителями, они понимали, что только в их единстве сила. Арим был слишком прагматичен и осторожен, Кариан — слишком самоуверен, а Торр слишком решителен, он любил все брать напором. Он всегда шел на пролом, ненавидя проигрывать. Но обиду все трое помнили очень долго, смакуя ее, как хороший десерт. Торра всегда выводило из себя, что Кариан крутил женщинами как хотел, не только своими, но и его, переманивая самых красивых в свою кровать, просто так, чтобы позлить друга, потому что в открытом поединке, огромный Торр был непобедим. А Арима бесило, что Торр и Кариан часто вступали в союз лоббируя его решения, не понимая, что некоторые законы нужно вынашивать годами, чтобы грамотно взвесить все недальновидные последствия. Он с самого начала был против, чтобы жрецам навязывали волю Совета с браком и выбором невесты. Не для этого они воспитывали несгибаемых лидеров, судей, чье решение никто не мог оспорить. Но его доводы не приняли в расчет, и четыреста лет назад закон приняли и вот, пожалуйста, умойтесь. Его лучший ученик, Киан похищен, а они ничего не могут сделать, находясь на чужой планете.

Моля лежала ни жива, ни мертва. У нее сильно чесался нос. Но она терпела, внимательно слушая все, о чем говорят мужчины. Пока ей ничего не угрожало. Когда они пойдут есть, она встанет и обыщет дом. Ну кухне раздался звон посуды и дом наполнился ароматами свежеприготовленной еды. Девушка успокоилась, кажется, жрецы потеряли к ней всякий интерес, вот о отлично. Она медленно открыла глаза, сначала осмотрела комнату через щелки, ну а потом распахнула глаза для максимального обзора. В комнате никого не было. Моля поднялась, сняла с ног сапоги, и босиком на одних носках бесшумно стала подниматься по лестнице на второй этаж, решив для начала изучить спальни. Не успела она зайти в первую комнату, как почувствовала, что пол стал покрываться инеем. Если бы она была в сапогах, она бы и не обратила на это внимание, но через тонкие колготки холод стал колоть ноги, грозясь превратить их в ледышки. Моля нервно оглянулась по сторонам. Но рядом никого не было. Быстро осмотрев комнату и не обнаружив ничего интересного, она вышла и пошла дальше по длинному коридору. И вдруг, точно дуло пистолета, в нее уперся невидимым взглядом объектив миниатюрной камеры, которая была прикреплена под самым потолком, неотступно следя за каждым движением в коридоре. Девушка обомлела, как же она могла забыть? Она же еще во дворе поняла, что хозяева помешаны на системе безопасности.

— Ну что, поиграла с нами и хватит, — Моля подскочила о неожиданности. На нее в упор смотрел золотоволосый Кариан, он ей уже не казался ангелом, а скорее демоном с ангельской внешностью. Мужчина начал медленно заплетать свои длинные волосы в косу и это Моле показалось очень плохим знаком, точно ей дали несколько секунд на прощальную молитву. Но паника наступила лишь тогда, когда по лестнице поднялся Арим, жрец, которому она сразу не понравилась. Мужчины с разных сторон заблокировали коридор, пол которого и стены стали покрываться льдом, Моля попыталась сделать шаг, но поскользнулась и упала, больно ударившись головой.