Книга Молия, страница 101 – Маргарита Серрон

— Да так, прогуляться хочу в одиночестве, а что, запрещено?

— В полночь, прогуляться?

— Да, я же тебе говорила, что я ведьма. Для нас ведьм это обычная практика, мы любим по лесу гулять ночью в одиночестве. Там лучше думается о жизни.

— Ну и отлично, я тоже хочу прогуляться, могу даже не рядом идти, а в сторонке.

— Киан, не смей за мной следить, я тебе никто, мы все уже решили, все будет как ты хочешь. Иди спать, — Моля была в отчаянии, ну что же это такое происходит.

— И не подумаю, лес общий и гулять по нему могут все.

Дверь скрипнула и на шум вышел уже Матвей. Он тоже оказывается и не собирался спать ложиться. Находясь в бодром расположении духа, он сразу оценил ситуацию.

— А я тоже люблю ночью по лесу гулять, хобби у меня такое, нервы так успокаиваю.

— Да вы что, сговорились? Не слышали, что у человека личное пространство должно быть и время, чтобы побыть наедине с собой, — Моля понимала, что мужчины не шутят и просто так от них отвязаться у нее не получится. Но и переносить операцию на следующую ночь она не могла, так как была уверенна, что Макс завтра же будет трясти ее за грудки, требуя назад аппарат, которым можно было бесшумно распилить швы каменной кладки. А после, он вытащит из стены пару камней, отмеченных специальным знаком, и узнает, есть ли книга в стене или нет. Может князю в карцере все просто привиделось? Такое бывает, когда люди истощены. Находясь на грани жизни и смерти, можно медленно сойти с ума. Сам то он книгу не видел и не щупал, а только написал то, что ему приходило в ведениях каждую ночь его трехмесячного заточения. Он дописался в своих мемуарах до того, что решил, будто это книга его спасла. По словам заключенных, сидевших с князем, на Секирке крыс не было много лет, как и другой живности. Голодные заключенные давно изловили и съели всех животных. Зато, когда его поместили в подвал и он умирал от голода, крысы вдруг появились. Они стали сами к нему подходить, желая быть съеденными. Бред, да и только.

Киан подошел со спины и заглянул в рюкзак.

— А скажи, Моля, зачем тебе в лесу нож, верёвка и странный аппарат? Это, чтобы думалось легко?

— Не ваше дело. С чем хочу, с тем и гуляю. По деревьям буду лазить и ветки пилить.

Киан просто удивлялся твердости характера девушки. Два здоровых мужика стоят и требуют объяснений, а ей хоть бы что. Никого не биться. Жрец решил применить другую тактику.

— Моля, мы же тебе не враги, ты нам можешь доверять. Посмотри на нас, ну чем мы тебе помешаем?

— Да, Моля, мы же только помочь хотим, просто расскажи нам о своих планах, а мы подсобим. Втроем легче справиться. Мы и дерево свалим, если надо. Только смысл?

Киан не собирался идти в лес с Матвеем, но понимал, что пока они будут выяснять отношения между собой, умная девушка обязательно улизнет и тогда он ничего не узнает о ее тайне, которая ему уже не казалась просто забавой. Жрец вдруг почувствовал могильный холод и надвигающуюся опасность. Он посмотрел на Матвея. Нет, опасность исходила не от него. Такого леденящего кровь ужаса жрец никогда не испытывал. Инстинктивно он схватил девушку за руку и прижал к своей груди. С каких это пор у него появился инстинкт защитника?

— Киан, ты чего весь побелел? Что случилось?

— Ничего, тебе не нужно выходить из дома. Мы все остаемся здесь. Я тебя не выпущу.