Книга Хранительница Леса, страница 48 – Наталья Мор

Дальнейший осмотр помещения прервал появившийся мужчина в черном балахоне. Окинув беглым взглядом нас, он хлопнул в ладоши, потер их и весело сказал:

— Все пришли уже в себя. Отлично! Скоро приступим. Не скучайте, — засмеявшись над, только одному ему понятной, шуткой, он направился к выходу из помещения.

Девушки стали кричать, просить отпустить их, пытаясь освободить руки или ноги.

— Да-да-да! Все это я слышу уже не в первый раз. Ничего нового… — мужчина показательно вздохнул.

— Хотя, нет! Можете кричать, если хотите, — вас все равно никто не услышит, — от наших завываний, стенаний, страха он получал истинное наслаждение, даже не пытаясь скрыть свои чувства. — Можете успокоить себя тем, что не вы первые и не вы последние. Не калечьте зря руки и ноги. Это не поможет. Еще никто не смог отсюда вырваться. Живым, — он откровенно заржал после этих слов и вышел за дверь.

У меня от его зловещего смеха мороз по коже пробежал. Ужас, отчаянье захватило всех, меня в том числе. Я как-то вдруг поняла, что это конец, что не будет больше ничего в моей жизни, что не будет вообще никакой жизни…

Меня накрыло отчаяньем, безнадежностью, безысходностью, а затем злостью и яростью на тех, кто решил, что может решать за меня, сколько и как прожить мне жизнь. В сильнейшем душевном порыве я стала звать Риэля, вкладывая в свой Зов все свои эмоции, которые испытывала на данный момент. Я даже не замечала, что из моих глаз лились слезы. Лежа на камне, мысленно вспоминала его сапфировые глаза, которые светились, когда он смотрел на меня, его длинные белые волосы, перевязанные в сложную косу, его слегка надменный вид и легкую улыбку на губах… В этот момент я осознала, что люблю его давно и безоговорочно. И теперь я даже не смогу ему об этом сказать…. Всю глубину своей любви я мысленно попыталась передать ему….

И где-то далеко, на грани сознания, мне показалось, что я почувствовала отклик на свой Зов. Хотя, разве это возможно?

Время шло, завывания девушек как-то сами собой сошли на нет. И когда я, лежа на холодном камне, почти окончательно замерзла, дверь в помещение открылась и один за другим стали заходить люди в черных балахонах и красных масках с факелами в руках. Выглядело это зловеще, так как блики огня отражались на их лицах и масках в довольно темном помещении. Еще при первых криках девушек впереди идущий мужчина сделал пасс рукой и наступила тишина. От страха я закричала, повторно срывая горло, но не издав при этом ни звука. Попыталась еще раз освободить руки, но все было тщетно.

— Держись. Я иду к тебе, — я как будто слышала голос Риэля в голове.

Но нет. Это скорее всего его эмоции. Страх не дал задуматься о том, могло ли это быть правдой. Я решила, что от горя сошла с ума. Ну и ладно, все равно помирать. Главное, что у брата есть опекун, который позаботится о нем.

Тем временем, процессия из людей в черных балахонах и красных масках полностью зашла в помещение.

Они встали кругом вокруг жертв: один человек в балахоне напротив одного камня, на котором лежала девушка. В отсвете факелов на полу блеснули выбитые на камне руны. Факелы вставили в держатели, установленные в полу. В руке, в которой ранее был факел, каждый черный балахон теперь держал ритуальный нож острием кверху.