Книга Отравленный исток, страница 178 – Елена Счастная

— Спасибо, — после короткого молчания проговорил князь. — Спасибо, что вернулась после всего, что я тебе наговорил тогда.

Млада подошла и положила руку на его запястье, схваченное серебряным обручьем.

— Ты был тогда прав во многом, княже. Но я стараюсь теперь… оставить ту жизнь позади.

Кирилл накрыл её кисть своей ладонью, посмотрел в глаза спокойно и вдумчиво. И показалось на миг, что снова за окном сыплет бликами золото бабьего лета. Снова впереди только начало пути. Но прошла с тех пор будто целая вечность.

Млада высвободила руку и пошла прочь. Оттого, что Кирилл пока вновь стал самим собой, становилось немного легче на душе.

По приказу князя воеводы в этот же день отрядили полтора десятка кметей да отроков им в подмогу для поиска останков Корибута в темницах. Не всем по нраву пришлось такое задание: словно кротам, в полумраке шариться. Ведь в самые отдалённые части темниц, посчитай, никто никогда не заходил. Старшины вовсе удивились такому распоряжению правителя. Но работа закипела: глядишь через несколько дней и сыщут чего.

Из-за вспыхнувшего любопытства всех вокруг тренировка отроков сегодня не ладилась. Лишь Рогл после долгого перерыва вышел на стрельбище поупражняться. Млада, посмотрев на него, вдруг вспомнила, каким он был по осени, стоя так же, с луком на изготовку. Щуплым и затравленным волчонком, которого за радость считал шпынять любой отрок. А теперь-то он уж сам кому угодно в глотку вцепится. Выглядел он мощнее и взрослее, чем любой из парней, даже тех, кто уже готовился этой осенью к Посвящению. Но княжеская служба для него нынче уготована другая: ему волхвом быть. Мужем почитаемым и влиятельным, коль на то воля Богов окажется. И от этого становилось странно.

Под вечер небо затянуло вязкой хмарью и посыпалась с неба сначала мелкая морось, нудная и нескончаемая. А как начало темнеть, тучи и вовсе разразились щедрым дождём. Челядь и кмети с отроками начали разбредаться туда, где посуше да потеплей. Мальчишки растеряли последнее рвение к военной науке, а потому Млада распустила их по избам. И скоро во дворе остались только они с Роглом, который, впрочем, тоже спрятался под крышу одного из ристалищ.

— Пойдём, чего киснуть! — крикнула ему Млада, встряхивая пальцами намокшие волосы.

Вельд кивнул и принялся собирать стрелы в тул. А она пошла к дому. Хотелось немедленно зайти в поварню и испросить у стряпух горячего ароматного сбитня с мёдом. В такую паршивую погоду — самое то.

Ещё издалека сквозь завесу дождя она заметила, что на высоком крыльце стоит девушка. На первый взгляд — незнакомая. Но подойдя ближе Млада узнала в ней Искру. Вот же, не уберегли Боги от встречи!

Девица стояла, оперевшись на перила и не сводила с неё взгляда, и чем дальше, тем лёгкая улыбка на её губах становилась шире.

— Здрава будь! — как будто даже радостно поприветствовала она.

Млада только скривилась, отвернувшись, но сумела натянуть на лицо хотя бы подобие приветливого выражения и снова взглянула на девушку.

— Поздорову, Искра.

Она поднялась и собралась уже было открыть дверь, чтобы войти в дом, но старостова дочь бросила ей в спину как бы невзначай:

— Вот, поближе к мужу перебираюсь. Скоро приданое привезут.

Млада сжала ручку двери так, что та, показалось, даже скрипнула, хотя и не могла. И пойти бы дальше, пропустить мимо ушей слова, призванные нарочно уколоть, но она остановилась и медленно развернулась к девице.