Книга Отравленный исток, страница 158 – Елена Счастная

— В светлицу к Заряне никого не пускать! Головами за неё отвечаете. Я пришлю ещё людей.

Часовые одновременно кивнули.

Пожалуй, это не походило на обычный пожар. Уж больно совпадений много. Кирилл поспешил в свои покои — взять оружие. Но не успел он подняться по лестнице, навстречу ему, ругаясь на своем языке, вылетели трое верегов. Они на миг встали, как вкопанные, но тут же бросились к нему. Уж точно не поприветствовать после долгого отсутствия. Кирилл шагнул навстречу первому, увернулся от топора, со всей силы толкнул в бок. Секира второго легко пропорола рубаху под лопаткой. Ткань тут же намокла от крови. Он перехватил верега за руку и сжал — неожиданно запястье под дублёным наручем хрустнуло — оружие грохнуло об пол. Напал третий. Кирилл знал, что не успеет уклониться: плохих воинов Хальвдан в ватагу не брал. Он выбросил руку вперёд — северянин будто ткнулся в невидимую преграду. Двое других отступили в недоумении. Но быстро пришли в себя — и шагу не дали сделать. Но и тех близко не подпустил прозрачный кокон. По ладоням пронеслось покалывание, точно от мороза. Кирилл взглянул на них: с пальцев стекал пепельно-серый дым. Он сжал кулаки, не желая выпускать наружу яд Забвения. Но в следующий миг раскинул руки — и верегов разметало в стороны. Двое со всей силы приложились с спинами о каменные стены. А третий кувырком покатился по лестнице вниз. Кирилл подошёл к тому, которому сломал запястье и схватил за шею.

— Кто учинил бунт?

Тот не ответил, хоть и прекрасно понял, о чём его спросили. Лишь оскалился и прорычал:

— Ингвальд са икке ла[1].

Но он перестал ухмыляться, когда по его коже поползли синеватые прожилки. Нерастраченная сила воина хлынула по руке, растеклась по телу, словно делая его больше. Даже стало теснее в собственной одежде, и стены будто сдвинулись. Но в следующий миг наваждение пропало. Кирилл разжал пальцы, и иссохший мертвец упал к его ногам. В голове стояла пьяная муть, и потому он не сразу понял, что произошло. Соратник убитого верега, поднялся, держась за стену, ошалело таращась на мёртвого товарища. Его нельзя отпускать живым.

На лестнице слышались чьи-то шаги.

Кирилл поднял секиру и метнул. Она пробила грудь северянина. Тот сделал пару шагов назад и, снова ткнувшись в стену, сполз на пол.

На ярус вышел не упавший с лестницы верег, а Виген в сопровождении пятерых стражников. Он лишь мельком взглянул на убитых, и предпочёл сделать вид, что ничего необычного не заметил. А гридням и оглядеться не дал, вцепился Кириллу в локоть и едва не бегом потащил прочь. В сторону его покоев. Он заговорил не сразу, будто всё же обдумал то, что увидел.

— Вереги снова решили побуянить, — на ходу сообщил он после взаимного молчания. — Мы скоро их утихомирим. Но ты, княже, покуда не уляжется, побудь у себя. Они тут уж и в замок прорваться хотели. И к светлице твоей пробрались, да повезло, что тебя там не оказалось. Гридней порезали. Не насмерть, правда. Другие подоспели. Берсерков подняли. Уж не знаю, как. Без Хальвдана-то. Совсем дурные.

Тут уж не вдруг скажешь, кому повезло больше. Может верегам, что, кого нужно, в покоях не нашли. Кирилл наконец высвободился из хватки скрытника: сколько можно тащить его, словно мальчишку? Будто он сам не может идти достаточно быстро.