Книга Избранница Хозяина холмов. Книга 1, страница 155 – Елена Счастная

— Я понял твою мысль, — прервал его Атайр. — Но и ты не можешь не понимать, что подобная проверка была необходима. Что бы я ни думал о Тавиане, а у руэльцев обо всех вархассцах мнение, скажем, так себе.

Лекарь согласно покивал, растеряв весь пыл негодования.

— Да, ваше высочество. Просто мне показалось…

— Тебе показалось.

Финли поклонился и ушёл, оставив на душе гадкое чувство смутной вины.

Как будто теперь оно будет преследовать постоянно, при каждой подобной ситуации, связанной с Тавианой. Сейчас, когда волна гнева от её исчезновения схлынула, пришло гораздо более трезвое осознание, что с ней всё же нужно поговорить ещё раз. Хотя бы выяснить, какими путями она теперь собирается идти. Возможно, она оттолкнёт. А может, решит рассказать, особенно если ей и правда скрывать нечего.

Гости начали понемногу разъезжаться из Сеоха ещё с утра. Только к сумеркам из ворот перестали то и дело выкатываться повозки и выезжать всадники. Оставались только самые близкие королю люди. С которыми предстояло решить ещё немало вопросов.

Все были созваны на ужин. Собрались скоро, даже советник Лисварх пришёл. Теперь он заметно успокоился, хоть пока и пребывал в довольно мрачном расположении духа. Всё же разговоров о Тавиане сегодня было немало. Люди шептались несмело, но даже так всё доходило до ушей Атайра.

Не слишком-то приятно слушать. Но главное, всё окончилось вполне сносно, а значит, сплетни скоро утихнут.

Слуги неторопливо расставляли блюда на столе, Тавиш и Уален Мак Набины, озадаченно переглядываясь, молчали. А остальные из глав кланов, которых отец попросил задержаться, тихо говорили между собой о каких-то незначительных вещах: как у кого из соседей здоровье, кто у кого отхватил небольшой кусок луга или пашни, а кто недавно женил сына. Обо всём, что ещё не успели обсудить на помолвке.

Ожидание короля затягивалось. Ужинать хотелось всё меньше, Атайр всё чаще поглядывал на дверь освещённой пламенем камина и факелов столовой.

Даже болтуны иссякли и теперь хмуро смотрели в свои тарелки, задаваясь, верно, одним и тем же вопросом. Но едва Атайр встал, чтобы уже отправиться к отцу — узнать, в чём дело и что так задержало его, — как в столовую спешно ввалился секретарь отца. Таким напуганным его ещё не приходилось видеть.

— Ваше высочество! — едва не завопил он, но всё же нашёл в себе силы хоть немного успокоиться. — Ваше высочество… Лэрды…

Он подошёл гораздо размереннее и склонился к уху Атайра.

— Его величеству стало нехорошо почти перед тем, как он собирался идти на ужин. Финли говорит, это та самая хворь…

Он осёкся, словно сам же испугался своих слов. Они, признаться, и Атайру показались дикостью. Как это вообще могло случиться? Как?!

Он сорвался с места и, почти срываясь на бег, вышел из столовой. Только через несколько мгновений услышал позади шаги и громкие голоса Тавиша и Уалена — в первую очередь. За ними, кажется, семенил секретарь, а дядья расспрашивали его обо всём — со злым пристрастием.

Атайр, почти не помня себя, поднялся в покои отца. Финли, который хлопотал в приёмной их части, готовя что-то для лечения, тут же вскинул голову.

— Ваше высочество. Боюсь, это оно. Его величество почти не в себе. Ему очень нехорошо.

Атайр кивнул и прошёл дальше — в королевскую спальню. Следом за ним в комнату ввалились и его братья. Каллум же и головы не повернул к вошедшим. Его глаза были прикрыты, частое дыхание едва приподнимало грудь. Вокруг пахло сладковатыми нечистотами и травами. Слуги, что приглядывали за его величеством, тут же встрепенулись, закланаялись, бормоча приветствия.