Книга Испытание для Темного, страница 97 – Елена Счастная

— Да, например, вам.

— Может быть, и меня можно отнести к этому списку. Но больше всего — Эйлин О’Кин. Верно?

— Какая вам разница?

— Я испытываю к вам искреннюю симпатию, дорх Ардер, — Файона развернулась к Двэйну и, окинув взглядом, взялась поправлять его шейный платок. — Лия мне кое-что рассказала. И мне больно видеть, как вы мучаетесь. Ведь всем давно понятно, что Эйлин доведёт вас до беды. Вы выгораживаете её, а сами подставляете свою шею под удар. Это несправедливо! А между тем, есть те, кто может дать вам не меньше, чем она. Нужно смотреть шире и не отгораживаться от других возможностей.

— Дайте подумать… — Двэйн прищурился, разглядывая её лицо, — вы имеете в виду себя.

Файона сдержанно улыбнулась и подняла на него загадочно мерцающие в вечернем свете глаза. Кажется, платок уже был идеально завязан, но убрать руки она не поторопилась. Напротив — осторожным движением коснулась подбородка и щеки.

— Вы ведь даже ни разу не поинтересовались моим потенциалом, — она кончиками пальцев очертила линию скулы Двэйна и продолжила бы дальше, если бы он не отстранился. — А между тем я могу помочь вам в вашей задумке. И более того — могу дать вам пятого савира.

— Зачем мне пятый савир? — он усмехнулся. — Никто, кроме императора, не потянет его.

— А вы пробовали? — Файона ничуть не смутилась. — Или если император так сказал, то так оно и есть? Я предпочитаю игнорировать установленные кем-то рамки. Ещё с детства, когда моя магия только начала проявляться, я знала, что стану леотой кого-то из принцев. Так мне говорила мать, и этого я хотела сама. Моя сила росла, хоть и приобрела не самую желаемую для молодой леди форму.

— Да, в способностях мерцающих мало приятного. Хоть в определённых… сферах они могут быть полезны.

Двэйн пытливо взглянул на девушку, пытаясь понять её реакцию, но она ничем не выдала замешательства или испуга. Напротив, сохранила завидное спокойствие.

— Так вот я готовилась стать хорошей спутницей для своего будущего мужчины. Изучала биографию принцев, интересовалась устройством императорского двора и именами приближенных к нему магов. Вы уже в юности выделялись, и ваша жизнь показалась мне не менее интересной, чем жизнь детей императора. Более того, вы всегда показывали равную им мощь. Это меня восхитило!

— Видимо, гувернанткам нечем было вас увлечь, раз вы занялись таким сомнительным делом, как копошение в чужом прошлом, — едко ответил Двэйн. — Ещё немного, и я начну подозревать вас в преследовании. Уж больно хорошо вы оказались готовы к тому, чтобы оказаться здесь.

— Вы всегда были уверены в том, кто ваш отец? — Файона изящно присела на край стола, расправив юбку. — У вас никогда не возникало сомнений в том, что вам говорят правду о вашей матери?

— О чём я только ни думал в своё время. Но с возрастом юношеский максимализм прошёл.

Файона серьёзно покивала.

— Я заметила много пробелов в вашем прошлом. И любопытство навело меня на некоторые мысли. Однако если они вам неинтересны…

— Меньше собирайте сплетни и чужие домыслы, — посоветовал Двэйн. — Таких доморощенных детективов, которым “всё ясно” я встречал уже не раз.

Но острый укол проснувшегося вновь сомнения заставил вспомнить все его попытки вызнать у отца как можно больше подробностей о матери и о том, как это всё случилось.