Книга Испытание для Темного, страница 117 – Елена Счастная

— Что ж, теперь я вижу, что вы и правда хотите разобраться в том, что происходит. И оградить нас и всех людей от вреда. Поэтому я помогу вам.

Она махнула длинным хвостом — и из него вылетели три крупных пера. Рассыпая вокруг себя крошечные молнии, они плавно опустились на землю.

— У вас уже есть два, — напомнила Праматерь. — С помощью них вы перенесётесь прямо к Вратам.

Арро и Уна вынули из своих рюкзаков найденные раньше перья. А они рисковые! После того, что случилось, я бы к ним больше не прикоснулась!

Стоило только взять одно в руки, как из-под меня словно бы выдернули землю. Я самым постыдным образом завизжала, но быстро охрипла и смолкла, несясь через неведомое ничто неведомо куда.

К счастью, путешествие не затянулось. Я наконец упёрлась ногами во что-то твёрдое, но пока невидимое: сияние вокруг мешало разглядеть. Пожалуй, переход через арку в стволе дерева в прошлый раз понравился мне больше. Он был, так сказать, более предсказуем…

Ой-ёй-ёй! Только что обретённая опора оказалась крайне неустойчивой. Я потеряла равновесие и начала валиться в пустоту. Взмахнула руками — и моё запястье тут же оказалось в мёртвой хватке чьих-то крепких пальцев.

— Куда это вы собрались?

Меня дёрнули вперёд. Дымка рассеялась, загребущие руки объяли меня уверенным горячим кольцом вокруг талии.

Я моргнула, панически дыша — лицо претемнейшего оказалось непозволительно близко.

— Не желаете отблагодарить спасителя? — мурлыкнул он, обдав мои губы дыханием.

— Вы от телепортации умом повредились? — уточнила я и оглянулась.

Прямо за моей спиной туманной бесконечностью зиял обрыв. Оказывается, приземлило меня прямо на край лестницы, что вела к Вратам. Отпусти меня сейчас претемнейший — и полечу я вниз топориком.

К слову, остальные уже толклись возле каменной арки, глазея и восхищённо охая так громко, что было слышно издалека. И тут было чем восторгаться! Врата выглядели так же внушительно-подавляюще, как и раньше. Сквозь них лился золотой закатный свет, придавая окружению оттенок сюрреалистичности. Глубокая зелень деревьев, растущих вдоль каменной стены, останцы скал в туманной дали и радуга над озером, которое с такой высоты казалась лужей, откуда даже колибри не напьётся.

— А у вас, вижу, проблемы с памятью… — Двэйн приподнял брови.

— Это, знаете, немудрено. У меня, может, вообще клаустрофобия…

— Что у вас?

Похоже, земной термин оказался не знаком претемнейшему. Аналогов на местном языке в моей голове не отыскалось, потому я произнесла его на русском.

— Боязнь замкнутых пространств. Перенервничала я, понимаете? Плакать мне не хотелось. Поэтому пришлось целовать… Вас.

— Меня…

— Ну а кого ещё? Больше там никого не было!

— Действительно.

Привратник как-то нервно хмыкнул, а затем вдруг страдальчески прикрыл глаза и вздохнул. Тут мне захотелось выразиться словами Уны — бедненький. Да и себя мне было чуточку жалко. Не только потому что я по-прежнему почти висела над бездной — просто уверенные объятия претемнейшего даже в такой ситуации лишали всю меня хоть какой-то воли воспротивиться, вырваться и сбежать куда подальше.

В них было хорошо — несмотря на все исходные данные. И что самое нелогичное в такой ситуации — хотелось поцеловать Привратника снова. Если теперь мои инстинкты будут постоянно именно так реагировать на эмоциональную встряску, я рискую скоро растерять перед претемнейшим все позиции.