Книга Адептка его драконьей светлости, страница 46 – Алиса Ардова, Анна Джейн, Екатерина Кариди, и др.

Причина его непонятного состояния с недавнего времени обучалась в академии. Его академии! И это он сам позволил девчонке поступить туда!

Но разве у него был хоть один шанс? Какими глазами она смотрела на него тогда, на приемном испытании в кабинете Ноа! Она смотрела так, словно он, герцог Антейл, был ее спасением и последней надеждой, соломинкой между жизнью и смертью. О делишках декана и его ненависти к человечкам ректор был наслышан, но число не прошедших по его вине было незначительным. Жалоб не поступало, а род Ноа все еще мог влиять на политическую ситуацию.

Самки — вот камень преткновения. Каким–то непостижимым образом Ноа везло, и среди них драконицы рождались чаще, по этой причине другие дома не портили отношения с рыжими, ведь долг любого дракона отыскать свою истинную, с ней обрести счастье и воспроизвести на свет сильное потомство.

Жалел ли Ренар, что помог девчонке? О, да. Он уже дважды пожалел об этом.

Первый раз, когда на глазах всех студентов и половины преподавательского состава адетка Ри нагло, кусок за куском, съела его мясо. Конечно, о древних обычаях и традициях многие забыли, но в роду Арно еще помнили, что именно так, отбирая добычу, драконица предъявляет права на дракона. Самец всегда сильнее, крупнее и злее. Если он не захочет самку, то ей никогда не завладеть добычей дракона и им самим.

Ренар позволил. Почему? Одни боги знают.

Второй раз случился вчера, в тот момент, когда он не ждал. Человечка сама припала к его губам. Любая другая уже ехала бы в почтовой карете к своему хозяину, но Лесси Ри осталась безнаказанной. Почему? Герцог всегда платил за свои удовольствия, а прикосновение неумелых невинных губ было слишком сладким и томительно–прекрасным. Так пусть же его доброта станет платой за дерзкий проступок девчонки, ибо только дракон вправе решать, кому дарить свои поцелуи, и никак иначе!

Хотя, что там говорила матушка о человечках? Может, не такая уж плохая идея взять в жены представительницу низшей расы? По крайней мере, Ноа это частенько практикуют. Хмм… А вдруг в этом и кроется секрет рождения дракониц? Крохотное рациональное зерно в подобной чепухе определенно имелось.

На этом моменте сон сморил Ренара окончательно, и до самого утра пробуждений больше не случилось.

Надо ли говорить, что утром Его Светлость проснулся не в духе. Он был небрит, помят и подавлен, словно и не спал вовсе, а вел разгульный образ жизни. А ведь еще пару десятков лет назад…

Он вздохнул. Нет, дело не в возрасте, а в девчонке, поцелуй которой его так растревожил. Стоило все же остаться в академии и пообщаться с новым преподавателем, но вместо этого Ренар перепоручил его секретарю. А ведь к любому приказу Его Величества герцог всегда относился серьезно, дядя никогда и ничего не делал просто так. Зачем в академии появился граф Онери? А главное, кого он так неуловимо напоминал Ренару?

Ванна взбодрила дракона, но настроения не улучшила.

— Орс! — окликнул он слугу. — Кофе!

— И «Шумный парк», Ваша Светлость? — невозмутимо поинтересовался старый камердинер.

— И «Шумный парк», — согласился герцог.

К кофе подали ломти деревенской розовой ветчины, янтарный сыр со слезой, виноград и волованы с подозрительной начинкой. Его повар готовил отменно и очень обижался, если у хозяина отсутствовал аппетит, но с недавних пор Ренар стал подозрителен и дотошен.