Книга Дочь реки, страница 29 – Елена Счастная

— Здрав будь, князь, — Рарог подошел ближе и остановился, разглядывая Владивоя издалека.

Тот помолчал немного, как будто раздумывал, стоит ли отвечать на приветствие хоть что-то.

— Поздорову, Измир, — назвал его по имени, что тот открыл в тот день, как пришел в детинец впервые. — Вот сколько слышал о Рароге кривотолков или кощунов от людей, никогда бы не подумал, что это ты и есть.

— Надо было меня кметем в дружину брать. И не было бы кривотолков, — тот приблизился еще немного, пытаясь вглядеться в лицо князя сквозь желтоватый полумрак.

— Не надо было против рода своего идти.

— Коли не пошел бы, так и до Волоцка не добрался. А тут вы меня тоже неласково встретили с воеводой твоим. А в дружину мне ой как хотелось, — Рарог вздохнул сокрушенно. — Пришлось свою заводить.

Владивой встал, чуть вскидывая голову. Обошел стол неспешно, размышляя о чем- то и покачивая головой. Совсем не изменился за те три года, что они не виделись. Ни седины заметной в волосах не появилось у князя от забот больших, ни морщин на суровом лице. А вот Рарога эти годы поменяли хорошенько. Но Владивой все равно сразу его узнал.

— Я мог бы ватагу твою нынче же задавить, — бесстрастно рассудил князь. — Татю ведь не положено людям помогать. Татю положено было бы за княжну и выкуп у меня большой попросить. А ты ее домой привез.

— Неправильный я, значит, тать, княже, — Рарог хмыкнул, пытаясь разгадать, куда Владивой ведет.

— Я и гляжу, что неправильный, — согласился тот. — Да и слыхал, что своих ты не грабишь, простому люду зла не чинишь. И на чужих землях тебя видят чаще, чем в моем княжестве. Потому давить я тебя не стану. Отблагодарю даже…

— Жизнью?

— И ею тоже. Но если ты поможешь мне, Измир, — Владивой остановился напротив, обойдя Рарога по кругу. — Два лета уж русины не дают покоя купцам, которые по Волани держат путь на юг или север. Ловим их, конечно, но ватаги стали больше. Уже и остроги жгут. А купцы ищут другие пути. Для них здесь слишком опасно. Сам понимаешь, чем это грозит Волоцку. Да и весям.

— Понимаю, чего же не понять, — Рарог кивнул, выслушав рассказ князя.

Признаться, не думал, что об этом он пожелает поговорить. Но так даже лучше.

— Так вот я хочу взять тебя на службу, — продолжил князь. — И себя отбелишь. И отцу отрада.

— Отцу до того, белый я или черный, давно дела нет.

— Зря ты так думаешь, — Владивой вдруг хлопнул его по плечу ладонью, сдавил пальцами ощутимо. — Он рад будет, если ты вернешься в род. Не татем, за которого стыдно. А тем, кто сможет его продолжить достойно. Тем, кто с князем будет дружен. И славой воинской не обделен.

Мягко стелет, подлец. И говорит-то все слова правильные, такие, которые каждый услышать захочет. Да кто в ватаге Рарога откажется из находника неприкаянного вдруг сделаться едва не кметем? Да Владивой не был бы князем, если бы в предложении его не нашлось бы несколько подводных камней. А то и целая гора, такая, что и киль поломает в щепки, и борта в стороны размечет.

— Так чего ты хочешь, княже? Говори яснее. А то ведь я не на всякую дружбу соглашусь.

— Ты много по рекам ходишь. Знаешь их хорошо. Много лучше других. И сражаешься умело. А потому мне нужна дружина, та, которая русь прямо на воде остановить может, — пояснил князь. И взгляд свой холодный, серый, как озеро в ненастье, в конце припечатал.