Книга Первая ночь для дракона, страница 14 – Елена Счастная

— Да я, собственно, и не был раздет, — озадаченно проговорил дракон и зашуршал одеждой. — Но если вас и это смущает… Теперь да.

Я медленно повернулась, досадуя на себя за такую импульсивность. В конце-то концов, на нём всего лишь не было рубашки, а меня так подкосило, будто я увидела всё… Ох, светлая же Вайса. Даже забыла, зачем пришла.

Посланник стоял у окна, неспешно завязывая ворот и оглядывая меня с головы до ног.

— Там, внизу, сумеречники, — сразу выдала я, предвосхищая расспросы.

— Я знаю. Много? — деловито и, кажется, совершенно невозмутимо уточнил Хардвин.

И откуда же он успел прознать о том, что они приехали? Чует их, что ли?

— Я видела только пятерых. Они зашли в таверну…

Дракон взглянул на подручных, что так и стояли за моей спиной, и качнул головой в сторону окна, видно приказывая им пойти проверить, сколько же на самом деле приехало сумеречников.

— Вы сталкивались с ними, не так ли… — Хардвин неспешно подошёл, по пути взяв со спинки стула развешенную на нём тунику, и натянул её поверх рубашки. — Тогда, в обители?

— Думаю, да. — Я коротко прочистила пересохшее вдруг горло. — Толком ничего не помню. Но я поняла, что сестры погибли из-за них. А прежде…

— Можете не рассказывать. Я прекрасно знаю, на что способны сумеречники, когда во главе их становится совсем уж жестокий ублюдок.

— Я слышала, его светлость — охотник.

Хардвин помолчал, играя желваками и глядя куда-то в стену за моим плечом. Словно позабыл обо мне на миг. Но вдруг очнулся и, одёрнув расправленную тунику с гербом герцога на груди, повернул назад — к окну, выходящему на улицу, что вела прямо к крыльцу постоялого двора. Зыбкий свет посеребрил его лицо и влажные после умывания волосы у висков.

— Да. И я… охотился с ним не раз. Конечно же, сейчас мы не станем ввязываться в схватку. Поднимать шум ни к чему: это небезопасно для вас в первую очередь. Но разузнать как можно больше до отъезда нам нужно. Вы же понимаете…

— Делайте, что посчитаете необходимым. Только… Будьте осторожны.

Хардвин обернулся ко мне и усмехнулся коротко, приподняв уголок рта. Наверняка он лучше меня знает, чем опасны для драконов их обращённые в сумрак собратья.

— Благодарю за беспокойство. И за вашу расторопность.

— Всё же от неё есть прок, признайте! — Я приподняла подбородок, даже немного гордясь собой.

— Дальше будет видно, — тут же осадил меня вредный дракон. — Идите к себе и не выходите, пока я не разрешу.

Пришлось плестись в свою комнату, где меня уже ждала взволнованная Вига. Да и весь постоялый двор ощутимо гудел от тревоги, что охватила каждого постояльца. Виданое ли дело — сумеречники с утра! Что они задумали — даже Кригеру самому не известно, потому что у них свои, принесённые с северных драконьих земель боги. А уж если вспомнить о том, как черны их пронизанные мраком сердца, то и вовсе можно считать, что они поклоняются только извергнувшей его бездне.

— Думаете, зачем они приехали, эфри? — беспокойно выглядывая в окно, что выходило на ту же сторону, что и в покоях Хардвина, запричитала служанка.

Я осторожно коснулась покалывающей кожу драконьей метки. Как будто в свою очередь тоже чувствовала того, кто её поставил. Интересно, что он сейчас делает? Вот же зараза какая! Если бы не этот жгучий отпечаток, я и не вспоминала бы о нём — точно!