Книга Операция козёл и капуста, страница 8 – Елена Северная

Капуста хрустела, мысли роились. Может, стоит посмотреть на всё в ином свете? Отпустить вожжи? Дать Саньке самому решать, что ему важно, с кем жить, кого любить? Блин, страшно-то как. Он же маленький ещё совсем. Что там эти двадцать один год?

— Ну, до чего додумалась? — сурово спросила Анна Марковна и бухнула в капусту яркие пластики морковки.

Красиво… И вкусно, наверное, будет. Санька всегда любил маринованную капусту… Интересно, а Лизка умеет так готовить? И сама себе ответила: нет, не умеет. Так даже я не умею. Так готовит только Анна Марковна. А, значит, даже, если сын от нас съедет, то будет часто набегать на капусту. Вот, о чём я думаю? Господи-и-и-и.

— Пойду, достану ключи от своей квартиры. Жильцы уже съехали, — решилась я, наконец, прекратить свои метания.

— Вот и правильно, — удовлетворённо кивнула головой кулинарная фея, запихивая капусту в банку. — От таких родителей нужно держаться подальше. Чем дальше, тем роднее.

Роясь в сумке, куда бросила ключи от двушки, я всё никак не могла понять последние слова Анны Марковны: это она про нас с Борисом или про моих свекров?

А со свекродушкой надо навести мосты. На всякий случай. То, что она будет моей союзницей в вопросе Санькиной женитьбы, я не сомневалась.

— Татьяна Александровна, я в панике! — выпалила я в трубку, едва услышала голос свекрови.

— Машенька, что случилось? — лениво поинтересовалась мать Бориса. — Ноготок сломала, или Настенька очередную «любовь всей своей жизни» подобрала на спортивном мате?

Да, Настёна у нас влюбчивая. Даже не влюбчивая, а жалостливая. Постоянно опекает какого-нибудь слабенького парнишку, пока тот не подкачается и не научится давать сдачи. Потом он ей становится не интересен, и дочь снова выбирает себе объект для воспитания жизненной стойкости. Свекровь часто по этому поводу шутит, говорит, что у внучки очень развито воображение. Лично я всегда в панике, когда Настя приволакивает домой свой объект в первой фазе становления личности. Муж только посмеивается, успокаивая меня тем, что, мол, в семье растёт будущее светило психологии. Не знаю. Думаю, пока это светило вырастет, мне понадобится другое, не менее яркое, но уже из области неврологии.

— Санька с армии пришёл!

— И ты молчала?! — ленивый тон перешёл в яростный. — Я всегда знала, что ты меня в большой степени недолюбливаешь.

— Он невесту привёл!!! — успела я сказать, пока свекровь набирала воздуху в грудь для очередных нотаций.

— Что за девица? Откуда? — яростный тон сменился деловым. Уже легче.

— Да вы её знаете. Это Лиза, — сообщила я сногсшибательную новость.

На том конце помолчали и неуверенно спросили:

— Это Веркина дочка, что ли? Рыжая которая?

— Да!

Что-то свекродушка тормозит. Не выспалась, наверное, или к домработнице не к чему придраться, яд не на кого спустить, и он у неё по большому кругу ядообращения циркулирует.

— Еду, — рявкнули мне в трубку и отключились.

Я ещё немного в растерянности посмотрела на телефон, потом вздохнула и пошла в кабинет.

Нет, в принципе, я совсем не против Лизы. Она девочка самостоятельная, серьёзная, но ей всего 16 лет!

До кабинета не дошла: совесть начала грызть. Значит, свекрови позвонила, а маме родной нет. Хоть она Саньку до сих пор не воспринимает, как своего внука, но потом же задолбёт, что торжественный семейный обед без неё прошёл! В принципе, обед, как таковой прошёл, но есть надежда, что мы все доживём до ужина в том же составе. Развернулась и поторопилась на крыльцо. Оттуда позвоню.