Книга Кровавый вечер у продюсера, страница 161 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Ну, не скажи. Сейчас, если подкинуть идейку журналистам, они напишут, а на этом основании могут и проверочки замутить.

— Проверочки-то замутят, — усмехнулся Гуров. — Только чем они закончатся — тоже хороший вопрос. Да и не все журналисты возьмутся такое писать. Одно дело — миллионные хищения, другое — убийство и два подозрительных смертельных случая, плюс покушение. Ты и сам знаешь, какая морока все эти проверки. Это как пить дать дойдет до общественности. И если Рыжий действительно к этому причастен, может так подчистить «хвосты», что все эти мероприятия закончатся попросту ничем.

— Согласен, — кивнул Станислав. — У Рыжего наверняка есть прихваты и в нашем ведомстве, и в других. Отзвонят и сообщат заранее.

— О чем я и говорю. Можно было бы, конечно, подбросить СМИ идейку, тем более что у тебя как раз журналист знакомый есть. Но это значит одно: раздуть такой скандал, от которого может и хуже стать. Причем всем.

— Тогда что предлагаешь?

— Дожимать Тришкина. Помнишь, что нам говорил начальник райотдела про него?

— Что он в одной банде с Рыжим был. Это я помню.

— Я не об этом. А о том, какую роль он играл в банде.

— А, — догадался Крячко. — Я тебя понял. Человек, который решал деликатные вопросы.

— Вот, — поднял указательный палец Гуров. — Если все эти уловки провернул Тришкин по заказу Рыжего…

— Осталось только получить от него признание, — подхватил Стас. — Только, боюсь, под протокол он говорить не согласится. Даже если признается.

— Так побеседуем без протокола. Первый раз, что ли? Значит, так, — сыщик встал со скамейки, — завтра посмотрим все эти дела, а потом уже пойдем да потолкуем с Тришкиным.

— Здравая мысль, — согласился напарник.

— Если завтра болеть не будешь, — прищурился Лев Иванович.

— Лева, даже если и буду, все равно приду и все сделаю.

— Ну, смотри, сам подписался. А сейчас можно идти по домам. А то, пока ты бегал да водку пьянствовал, мне тут столько всего привалило, что еле разгребся.

— А кому сейчас легко? — ухмыльнулся Станислав и тоже встал. — И вообще, пил я не водку, а коньяк.

— Какая разница? Пил ведь.

— Чего не сделаешь для благого дела.

— Ладно, благодетель, до завтра. Отоспись, самое главное. И в следующий раз, если пить пойдешь, предупреждай.

— Мамой клянусь, не забуду.

На следующее утром Крячко не только был бодр и свеж, но и пришел раньше. Когда Гуров прибыл на рабочее место, Стас уже суетился в кабинете, перекладывая какие-то бумажки.

— Только не говори, что ты ночевать сюда приходил, — заметил сыщик.

— Вот еще, — наморщил нос напарник. — Ночую я всегда дома. Я тут все же поднял по базе кое-что из тех историй. Еще попозже следакам позвоню, покалякаю.

— Посмотрим, может, и не понадобится. — Лев Иванович снял куртку и подошел к своему столу. — Ты чайник ставил?

— Уже давно закипел, — ответил Станислав.

Гуров налил чай.

— Что-нибудь успел уже сделать? — спросил он.

— Нет пока, — признался Крячко.

— Давай тогда чай попьем да приступим.

— Поддерживаю. Планерки сегодня нет.

Изучение старых дел, которые возбудили по историям, рассказанным Евгением, заняло время. Но, листая и читая документы, сыщик убедился в том, что если эпизоды с аварией и обрушившимся мостом и были заказными убийствами, то «ширму» им придумали весьма удачную. Немного иной характер носило убийство бизнесмена Атюкова. Здесь можно было не сомневаться: три выстрела с близкого расстояния и контрольный в голову. Естественно, все произошло поздно вечером и в плохо освещенном месте. «Эдакий привет из девяностых и нулевых», — подумал Лев Иванович. С покушением на адвоката тоже было все глухо: налетели трое в масках и во всем черном, отлупили и убежали. Классика. Несмотря на то что это все попало на уличную камеру, висело устройство не близко от места происшествия. Поэтому, даже чисто теоретически, опознать кого-то не представлялось возможным.