Книга Поручик Ржевский и дама с солонкой, страница 45 – Иван Гамаюнов

Он уже на цыпочках крался к выходу, когда Пантелей растерянно пробормотал:

— Нету. Эх, старость – не радость. Я ж его вроде вот сюда ставил.

— Пантелей Иваныч, а как это кашипо выглядит-то? – спросил Аким.

— Да корзинка такая, – сказал старик.

Поручик, слыша этот разговор, понял, что фиалки в корзинке предназначались для губернаторши. А вот что такое кашпо, не задумался.

* * *

Прислуга Тутышкиных не знала Ржевского в лицо, а Тутышкин, судя по всему, не догадался распорядиться, чтобы в дом не пускали не только Ржевского, но и вообще гусаров. Вот почему баба, которая несла куда-то десяток поленьев и свободной рукой отперла ворота, даже не подумала задерживать гусарского офицера, когда тот уверенно заявил, что должен передать госпоже Тутышкиной презент от губернатора, и показал корзинку фиалок.

Сохраняя уверенный вид и держа перед собой корзинку как оружие, Ржевский ступил на крыльцо, затем ворвался в переднюю и повторил заспанному лакею:

— Госпоже Тутышкиной презент от губернатора. Велено передать лично в руки.

Не медля ни мгновения и не снимая шубы, поручик продолжил наступление и ринулся вверх по лестнице в комнаты хозяев дома. Следом бежал лакей, который тараторил: «Погодите, надо сперва доложить», но эти слова едва различались за громким топотом сапог Ржевского по паркету.

Привычным движением оттеснив с дороги ещё одного лакея и ловко избежав столкновения с некрасивой рябой горничной, поручик оказался в гостиной, где и застал свою даму.

Софья в домашнем платье – то есть без всякого декольте, но всё равно почти такая же очаровательная – сидела на кушетке и читала книгу.

Услышав топот сапог, дама подняла взгляд. Томик чуть не выпал у неё из рук. Послышалось взволнованное «ах», она на мгновение потерялась от избытка чувств, но почти сразу нашлась и спросила уже спокойным голосом:

— Поручик, как вы здесь оказались?

Ржевский приблизился, скинул шубу и опустился перед дамой на одно колено, а та, раз собеседник теперь рядом, спросила еле слышным шёпотом:

— Саша, как ты меня отыскал? Я же забыла дать тебе свой адрес.

— Меня вела любовь и Фортуна, – ответил Ржевский подкручивая ус, а другой рукой протягивая презент.

Софья отложила книгу, взяла корзинку, но уже через мгновение удивлённо пробормотала:

— Цветы в горшке? Я думала, это букет.

Глядя, как дама вынимает горшок из корзинки, Ржевский наконец понял, что значит «кашпо» и что Фортуна в очередной раз посмеялась, однако следовало как-то выходить из положения.

— Это новая мода, – произнёс поручик. – Парижская. Цветы в букете быстро вянут, а даритель так же быстро забывается. Зато в горшке цветок сохраняется гораздо дольше, и дарителя помнят дольше.

— Как мило, – улыбнулась Софья.

В этот момент лакей из передней, который всё же догнал Ржевского и успел отдышаться, громко доложил:

— Барыня, господин офицер принесли презент от князя Всеволожского.

— Так это от губернатора? – Софья нахмурилась.

— Нет, это от меня, – тихо произнёс поручик. – Я притворился посланцем губернатора, чтобы без помех проникнуть в твоё жилище, Софи.

— Я бы предложила вам остаться и выпить чаю, поручик, – нарочито громко произнесла дама, – но, право, не знаю, одобрит ли муж. Вы были не слишком любезны с ним вчера на балу.

— Я? – удивился Ржевский. – Я был сама любезность.