Книга Запретная связь, страница 91 – Геннадий Сорокин

— Соседки по комнате видели у Свиридовой перстень?

— Нет. Она показала им цепочку с подвеской, обручальное кольцо, а о перстне даже не заикнулась. Вывод? Этот перстень не ее или попал к ней случайно.

— Как Свиридова объяснила появление у нее очень крупной суммы денег?

— Никак! Сказала: «Хочешь жить — умей вертеться». Подружки не стали ее расспрашивать, так как в чужие дела лезть не хотели. Понятно же, что Свиридова не честным путем заработала огромную сумму денег. По нашим прикидкам, она составила тысячи полторы-две, без учета перстня, который сам по себе стоит целое состояние.

— Какие события произошли в Девичьем домике в начале сентября? — спросил Агафонов у Абрамова.

— Ребенок из окна выпал, — подумав секунду, ответил Иван. — Больше ничего такого не было, даже зародышей в роще не находили. У меня вопрос: соседки Свиридовой пользовались ее таблетками?

— Две воспользовались, одна — нет, — ответил Филин. — Обе девушки действовали по одной схеме: выпили вечером водки, ночью приняли препараты и в душевой комнате родили зародышей. Или не родили, а как этот процесс назвать? Короче, ночью, когда все в общежитии уснули, Свиридова встала у дверей в душевую комнату, а ее соседки родили под струями воды. Зародышей в рощу выбросила Свиридова. Соседки к ним прикасаться побоялись. Одна девушка, кстати, дважды «рожала».

— Почему они не выбрасывают зародышей в мусорный контейнер? — спросил Прохоров.

— Стоп! — остановил Прохорова Агафонов. — Сейчас не время углубляться в историю с зародышами. С нас за них в конце квартала никто не спросит, а за Свиридову отчет потребуют.

— Тогда давайте вернемся к ребенку! — предложил Абрамов.

— Ребенок выпал из окна, — не дал развить тему Агафонов. — Это был несчастный случай.

Абрамов понял свою ошибку и замолчал. Дальнейшее обсуждение носило формальный характер и интересных версий не принесло. После его окончания в кабинете Агафонова остались Абрамов и Филин.

— Ты, Ваня, за языком-то следи! — набросился на Ивана Агафонов. — Совершенно ни к чему, чтобы весь личный состав знал, что сын Изместьевой не сам из окна выпал, а ему помогли.

— Я уже понял, что маху дал! — покаялся Абрамов. — Но суть-то, похоже, в ребенке? Не Свиридова ли его столкнула?

— Ты, Иван, иногда в тупик меня ставишь! С чего ты решил, что это Свиридова сделала? Где ты видишь связь между ребенком и внезапно появившимся у нее богатством? Ей что, за убийство психически больного мальчика две тысячи отвалили? Ты сам подумай, кому это выгодно. Никому. Смерть ребенка может быть связана с комнатой, но Свиридова не была беременной, ей отдельное жилье не светило. Еще момент. Тот, у кого были две тысячи «лишних» денег, тратить их на такое сомнительное мероприятие не станет. Это тебе понятно? Убийство ребенка — это чрезвычайное происшествие, на него решился тот, кто был в тупиковой ситуации. Человек с двумя тысячами в кармане в тупиковой ситуации быть не может по определению. На эти деньги можно арендовать в городе лучшее жилье, можно мужа с квартирой найти, да мало ли что можно сделать! И потом, не похожа Свиридова на безжалостную убийцу. У нее веселое времяпровождение на уме было, а не коварные замыслы, как завладеть комнатой, из которой тебя в любой момент могут выселить. Здесь кроется что-то другое.