Онлайн книга «Смерть на кончике ножа»
|
— Хмурый он какой-то, ваш будущий олимпийский тренер. — Мало ли от чего! Может, перед выступлением нервничал или его утром девушка бросила. А может, человек так же, как и я, телеграмму получил, что близкий родственник болен. Нахмуришься тут! — У вас что-то случилось? – голос женщины был полон сочувствия. — Тётка заболела. Я вам рассказывал, мы были не очень близки, но, как ни крути, она мой единственный родной человек. Завтра утром отправляюсь в дорогу. Хорошо ещё, что в области. Получится быстро обернуться, за пару дней. Если, конечно, всё не сильно серьёзно. — О чём это вы тут шепчетесь? – перебил увлекательную беседу Михалыч, провожая Галину на её место после танца. – Ты, молодой человек, с нашими барышнями держи ухо востро! В этот «Борщ» вляпаешься – по косточкам разберут! Старик пребывал в прекрасном настроении. Он встретился со знакомыми, выпил несколько рюмочек «Столичной», даже потанцевал с молодухой, теперь настало время для задушевных бесед. — Куда? – не понял Табачников. – При чём здесь вообще суп? — О, так ты, значится, не при делах? – обрадовался Михалыч. – Так я тебе презанятную историю расскажу! И не про суп вовсе, а про «Борщ». Дело было в прошлом году. А началось с того, что мои токари победили в соцсоревновании и получили в награду путёвки выходного дня… Лопатин в красках живописал детективную историю, приключившуюся с тремя его подчинёнными, хвалил их за сообразительность и тут же ругал за излишнее любопытство. А в конце, кашлянув в кулак, добавил: — А теперь позвольте представить. Вот они, красавицы мои и умницы, – Борисова, с которой вы тут шептались, Орлова – птица певчая – и Щербинина, правая моя рука. Они же «Борщ». Ну как, удивлён, командир дружинный? Вот так-то, вашу Наташу! Две подруги, безуспешно пытавшиеся прервать поток слов своего начальника, осторожно чокнулись толстыми стенками резных, под хрусталь, рюмок с коньяком и опрокинули содержимое в рот. Третья из «Борща» тем временем завершала свою часть концертной программы. Лена взглядом пыталась остановить поток слов Михалыча, а когда поняла, что это бесполезно, просто положила в рот тоненький кружок лимона с сахаром и вздохнула. Табачников посмотрел на неё с лёгкой усмешкой и подмигнул. Она проснулась и, стараясь не разбудить спавшего рядом мужчину, осторожно выбралась из-под одеяла. Небо над горизонтом начало едва заметно синеть, значит, сейчас часа три ночи, может, около четырёх. Угораздило же её после банкета вопреки собственным установкам и правилам отправиться не домой, а в его квартиру. Да ещё остаться на ночь! А ведь то, что между ними было, не то что первым, а вообще свиданием назвать нельзя! Стыдоба! С другой стороны, ей было хорошо этой ночью. Так, как не было уже давно, бо́льшую часть жизни. Сколько их позади – одиноких молчаливых вечеров, безрадостных праздников, одинаковых дней, когда только и есть работа, магазин, дом? И пусть её осудят за безрассудство те идеальные люди, что живут по соседству. Может быть, даже она сама себя осудит чуть позже, но всё уже свершилось. И будь что будет! А посыпать голову пеплом лучше всё-таки дома, у себя. И самое время выдвигаться в нужном направлении. Так быстро она никогда не одевалась. Интересно, если зажечь спичку, уложилась бы в солдатский норматив? Скорее всего, даже пошла бы на рекорд скорости. «Теперь на цыпочках выходим в прихожую, слева тумбочка, на ней сумка. Туфли в руки, обуваться лучше в подъезде. Так… Чуть левее, ещё, ещё…» |