Книга Смерть на кончике ножа, страница 68 – Елена Терехова

— Здравствуйте, Лена! Какая неожиданная встреча! А я иду и думаю – вы это или не вы? Окликнуть было как-то неудобно, вдруг помешаю важному разговору. Потом ваши спутницы разбрелись кто куда, и я решился!

— Святой бороды клок! Вы меня напугали до чёртиков, никогда больше не подкрадывайтесь так! – Женщина начала приходить в себя. – Я тётка пожилая, нервы не в порядке. Ёкнет сердечко, и возьмёте грех на душу.

Он поднял руки вверх:

— Клятвенно обещаю, что такого больше не повторится. Но проводить-то вас можно? Нам как раз по пути.

— Что ж, если по пути, то я буду даже рада!

— А вот это, кстати, взаимно!

Мужчина вдруг внимательно присмотрелся к ней и осторожно приподнял с лица тёмные очки.

— У вас что-то случилось? Откуда это «украшение»?

— Да пустяки, – отмахнулась Лена, поправляя аксессуар на носу. – Бандитская пуля. Точнее, хулиганский кулак, но это не имеет никакого значения.

Они шли рядом, руки иногда соприкасались, и для Лены это было настоящим испытанием. Ничего не поделаешь, Дмитрий ей нравился, по-настоящему. Конечно, не так, как в своё время Андрей, это вообще другое, но ведь она живой человек и душа у неё в наличии. Да, были поклонники – и из числа тех, кто работал рядом, как называл их Михалыч – генофонд, и в компаниях мужчины не обделяли вниманием, но как-то это всё было не взаправду, что ли. Не отзывалось сердце. А тут…

— Вы местный? – спросила она, чтобы хоть как-то сгладить неловкость.

— Теперь уже да, – снова улыбнулся мужчина. – Я из Юрги родом, воспитывала меня тётка, которой никакого дела до меня не было. Так что окончил школу, училище и уехал сюда. Потом армия, угольный разрез, ребята наши… В общем, жизнь.

— То есть родителей у вас нет? А как же своя семья – жена, дети?

— Да, родителей нету, и давно уже, они погибли, когда я ещё совсем пацаном был, в лодке перевернулись, пьяные были. С тех пор у меня просто родовая память – не пью алкоголь и даже запаха не выношу. С тёткой на этой почве постоянно ссорились, она у меня тоже… любитель. Семья… Были и жена, и дочь, но, как это иногда случается, не пожилось. Нашёлся подходящий кандидат для дальнейшей жизни, оказалось, что он и раньше был, и даже дочь, собственно, его, а не моя… Не хочу ворошить. Каждому своё.

— Я сегодня с девушкой познакомилась. Тоже сирота. Была сестра… Там такая история – и страшная, и печальная…

— Это вы о той, что с вами и Галиной Владимировной шла? Мне она показалась знакомой, кажется, я её видел пару раз с одним из своих дружинников, Репиным. Помните? Он вас в парке задерживал.

— Рыжий такой? Конечно, помню. Разве забудешь это приключение?

— А что там за история страшная и печальная? Расскажете?

— Нет, как-нибудь в другой раз. Хватит мне на сегодня печальных историй.

— Что ж, тогда перейдём к историям менее трагичным. Помнится, вы обещали встретиться со мной в неформальной обстановке? И, если память мне не изменяет, отказаться вы не сможете. Так что же?

Она остановилась и посмотрела ему в лицо.

— Договорились. Предлагаю обменяться телефонами, так больше шансов, что встреча всё-таки состоится!

Дома она сполоснула лицо холодной водой и посмотрела в висевшее над раковиной зеркало. Что ж, как ни крути, а уже сорок с хвостиком. В уголках глаз сеточка мелких морщинок, да и сами глаза утратили яркость и тот блеск, который выдаёт радость жизни. Взгляд стал оценивающим, прямым, будто бьёт в цель. Наверное, так смотрят те, кому в жизни часто приходилось разочаровываться, плакать, терять надежду. «Неужели это я? Нет, это просто усталость от суетного и непростого дня. Я ведь по-прежнему люблю посмеяться над хорошей шуткой, умею ценить друзей и верю в хорошее… А ещё давно не загадываю желания под бой курантов в новогоднюю ночь, не планирую ничего дальше послезавтра и ищу подвох во всём, что приходится слышать в свой адрес…»