Книга Смерть на кончике ножа, страница 45 – Елена Терехова

Проживала погибшая Семёнова вместе с дочкой Машенькой в семейном общежитии. Панельный дом был новым, смежная строительная организация возвела его для своих работников, но по устоявшемуся порядку жилыми площадями необходимо было делиться: часть комнат отдали для бюджетников – врачей, учителей, сотрудников милиции, ещё часть – тем, кто помогал транспортом, материалами, людьми. Это чаще всего и были автобазы. Возможности возвести собственное жильё для своих у автобаз не было, не тот масштаб, но благодаря подобной взаимовыручке люди без крыши над головой не оставались. Со временем в городе возводилось новое жильё, работники переезжали из общежитий в отдельные квартиры, освобождая места для следующих.

Вечером после работы подруги вместе отправились по адресу прописки Елизаветы. Едва они открыли дверь подъезда, как из застеклённого уголка, в котором располагалась вахта, раздался строгий голос:

— К кому? – и только потом появилась невысокая пожилая женщина, закутанная в огромный ажурный платок. Её седые волосы были собраны в гульку на макушке, а на носу восседали круглые, словно колёсики, очки.

— Мы в тринадцатую, к Семёновой. С работы, – отчиталась за всех присутствующих Галина.

— К Семёновой? – удивилась вахтёрша. – Так она… того… этого… померла.

— Мы в курсе, – с нажимом продолжила Щербинина, – но там ведь есть её соседка, так? Нам нужно с ней переговорить, обсудить кое-какие дела. Я же сказала, мы с работы.

— Проходите, раз надо, – пожала плечами женщина. – Второй этаж, повернёте направо. Сама комната будет по левой стороне. Соседку Алевтиной зовут. Киселёва её фамилия.

Дощатые, выкрашенные коричневой краской полы немного поскрипывали под ногами. Светло-голубые панели и такого же цвета деревянные двери были чисто отмыты. Ни окурков, ни фантиков, ни пустых бутылок – того, что обычно сопровождает коридоры общежитий, – не наблюдалось. Здесь, по всей видимости, ценили чистоту.

Дверь комнаты номер тринадцать не отличалась от других. Нарисованные краской цифры, металлическая ручка-скоба и врезной замок под «бородатый» ключ. Борисова постучала. Сначала было тихо, и женщины даже подумали, что дома никого нет, но вскоре раздались лёгкие шаги и дверь распахнулась. На пороге стояла миловидная женщина средних лет. Лёгкий летний халатик, тапочки на ногах, русые волосы собраны в высокий хвост. Серые глаза с удивлением смотрели на незваных гостей.

— Здравствуйте. Мы из автобазы «Центральная», представители рабочего коллектива, – отрапортовала Елена. – Нам бы переговорить о Елизавете Семёновой. Вы же знаете уже, что случилось?

— Да, конечно, конечно знаю, – лицо женщины будто бы опустилось вниз под действием гравитации и стало похоже на древнегреческую трагическую театральную маску. – Вы проходите. Из кухни и налево.

Женщины вошли и осмотрелись. Широкий коридор, справа раздельный санузел, просторная кухня (просто мечта любой хозяйки!), из которой по обе стороны расположились жилые комнаты, а прямо – выход на балкон. Та комната, что справа, по всей видимости, находилась в распоряжении Семёновых, потому что была опечатана.

— Мне очень нравится такая планировка, – не удержалась Ксюша. – Вроде бы и общежитие, и живёшь с подселением, но зато ванная и туалет в собственном распоряжении и кухней можно воспользоваться, когда тебе захочется, а не по часам. Очень удобно!