Книга Подстава от бабули, страница 65 – Кристен Перрин

– Этот же односолодовый я наливал тебе в поместье, – сказал он бездумно. – Он тебя согреет.

Я открутила крышку и сделала робкий глоток, в котором узнала торфяные нотки скотча. Он мне не особо нравился, но было в этом глотке что-то поспешно ностальгическое – будто я давно попрощалась с будущим рядом с Фордом и всей его роскошью. Но и без дорогих напитков наши отношения были уникальным приключением.

Я провела пальцем по гравировке на боку фляги, закрутила крышку обратно, а затем чуть наклонила фляжку на свет, стараясь прочитать надпись.

– А-а… – Форд нежно забрал фляжку из моих рук. – Там просто написаны мое имя и одна латинская фраза, которую любил отец.

– Какая? – спросила я.

– Fraternitas omnia vincit, – процитировал Форд. – Значит «братство побеждает все». К сожалению, моей семьи это не касалось. Хотя отец сделал такую же для брата.

Я постаралась не думать о фотографии с места аварии, которую мне показал Арчи, но так легко было представить флягу Эдмунда среди обломков «Бентли». На фотографии ее не было, и в колонке «Газетт» о ней не нашлось ни слова. Интересно, куда она делась?

Когда мы подошли к моей двери, я попыталась выдавить из себя искреннее прощание, но получилось без души. После слов Форда я все думала о «братстве». И об Арчи, об Эрике.

Я прикусила губу, вспоминая все то, что недавно узнала об Эрике Фойле. Он так долго работал на Грейвсдаунов, в тот день Форд вел себя с ним фамильярно, да и Эрик послушно отозвался на его приказ выйти из машины.

Эрик Фойл информировал полицию, вдруг поняла я. А Форд это пресек.

6 марта 1967 года

– Что это за почтовый индекс? – спросил Арчи, присматриваясь к бумажке. – Это Корнуолл?

– Нет, это название деревни, Кроунэлл – у Саманты просто ужасный почерк, – сказала я.

То был полдень. Мы сидели на кухне в пекарне родителей. Воскресенье, так что она была закрыта, а нам с Арчи как раз нужно было где-то уединиться и обсудить наши теории. Мама предложила мне за карманные деньги проверить в пекарне все мышеловки – получилась идеальная возможность подзаработать и скрыться от посторонних глаз. А то в деревне они повсюду – в «Мертвой ведьме», где за баром стоит Эрик Фойл, в библиотеке, в чайных… Все знают мою семью и мои отношения с Фордом Грейвсдауном.

Или правильнее сказать, что у меня были с ним отношения. Я понимала, что чем больше провожу времени с Арчи, тем быстрее деревня слухами полнится. Как только у меня появилась эта мысль, я тут же себя пристыдила: неужели общаться с Арчи зазорнее, чем с Фордом Грейвсдауном? Да, они очень разные люди, но именно поэтому мне и было так спокойно с Арчи в родительской пекарне. Здесь я могла быть самой собой.

Поэтому мне предстояло задать Арчи несколько прямолинейных вопросов и не сдаваться, пока не получу ответы.

– И что, ты хочешь съездить в этот Кроунэлл? – спросил Арчи. – У меня есть одна старая развалюха-машина, которую я бы мог немного подлатать. Страшная она, но на ходу. Мне кажется, Кроунэлл где-то в часе езды.

– Хочу, но сначала надо поговорить, – сказала я и прошла вдоль столов к шкафчику около производственного холодильника. – Вот. – Я достала несколько свертков. – Это наш вчерашний хлеб, булочки и пирожные… все, что не продали. Что не забирают сотрудники, мы выбрасываем или отдаем свиньям. Но тут все буквально вчерашнее и съедобное.