Книга Смерть в Рябиновой горке, страница 49 – Марина Крамер

Женя вздохнула:

— Ну, поглядим. Я, правда, еще со своим убиенным определиться не могу…

— Слушай, — вдруг оживилась Каргополова. — А ведь у вас есть местный телеканал?

— Есть.

— Ну? Дай фотографию в выпуске новостей, попроси всех, кто узнал, обратиться к вам. Я вот, например, со сторожихой этой пообщалась, так теперь почему-то сдается мне, это она ваших огнестрельных на могиле тетки моей видела, с разницей примерно в месяц. Значит, и еще кто-то мог их видеть, а там, глядишь…

Жучкова замерла с недонесенной до губ сигаретой и уставилась на подругу:

— А ведь ты права… и заодно подсуну-ка фотографию этой Метальской, с кем-то же она здесь общалась, пересекалась — иначе зачем из Москвы ехала? Точно ведь не на церковь нашу посмотреть, а больше-то здесь и нет ничего… И диктофон пустой у нее, мы всю карту попытались отслушать. Полька, ты гений!

— Да какой я гений, просто это единственный логичный вариант. Город закрытый, в принципе все друг друга где-то видели хоть раз. И сторожиху кладбищенскую вызови и допроси, тебе она может больше рассказать.

— Мне, конечно, надо с этим в Овраги ехать, и так затянула… — пробормотала Женя, и Полина переспросила:

— Куда ехать? Мне кажется, я это название уже слышала.

— Поселок у нас тут такой стихийный, на отшибе, Овраги называется. Там весь мутный народ оседает. Прятаться удобно, оттуда выдачи нет, если только уж совсем накосячить. Местный царек уголовный там всем заправляет. Ну, и не только там. Днем он респектабельный бизнесмен и благотворитель, а вот все остальное время — криминальный авторитет по кличке Ржавый, — вздохнула Женя.

— Ржавый? Марк Железный?! — ахнула Полина, и Жучкова удивилась:

— Ты его знаешь?

— Да я только пришла работать, а он на последний срок шел, я в бригаде по расследованию стажировку проходила. Дали ему тогда совсем пустяшно, что-то около двух лет… Вот, значит, где он осел… Колоритный такой дядечка был.

— Он и сейчас еще ничего, хотя ему семьдесят стукнуло. Даже не подумаешь, что за плечами столько ходок, пока перчатки не снимет. Классический, конечно, законник, сейчас таких уже и не осталось почти, — Женя опять вздохнула. — Значит, завтра с утра отряжу кого-нибудь из парней в телестудию, а сама поеду к Ржавому, пора уже с ним серьезно переговорить.

— Одна поедешь? — спросила Полина, и Женя кивнула:

— А туда иначе никак. Я даже машину служебную не возьму и форму не надену. Приходится играть по правилам, ничего не поделаешь. Отвратительно, конечно, но по-другому в Овраги даже не заедешь, да и говорить никто с тобой не станет.

— Прямо гетто какое-то.

— Угу. И население специфическое… По-хорошему, конечно, надо бы вызвать как-нибудь СОБР из Хмелевска и зачистить там все, но начальник полиции против, а сама я полномочий не имею, если реальных уголовных дел на тамошних обитателей не завожу, — вот тут уж Ржавый не препятствует, надо отдать должное.

— Все равно странно — государство в государстве получается, — заметила Полина, и Женя кивнула.

— Да. И так тут, поверь, сложилось задолго до моего назначения. Говорят, Овраги стали стихийно застраиваться еще в то время, когда водохранилища не было, а уж потом это место превратилось в рай для тех, кто хотел сделаться незаметным для закона. Подозреваю, что там у доброй части пожилых еще и паспорта советские можно найти, и тогдашние справки об освобождении. А пожилых там довольно много, Ржавый даже что-то вроде благотворительной организации создал: ходят по домам и помогают, чем могут, а он деньги выделяет.