Книга Свинцовые ливни. Том 1, страница 106 – Мила Бачурова

— Нет, к сожалению. Естественно, первое, с чего я начала — поиск возможных свидетелей. В автоматическом режиме просмотрели последние двадцать четыре часа с камер наблюдения у основного и трёх второстепенных въездов. Безрезультатно. Сейчас к просмотру подключили живого оператора, но пока результат нулевой. По слепкам локаций сформировали список посетителей Оздоровительной зоны, которые, теоретически, могли видеть банду, но по каким-то причинам не сообщили об этом...

— Сколько таких? — быстро спросил Виктор.

— Почти сотня. За те же двадцать четыре часа.

— Впечатляет.

— Именно. Девяносто шесть человек — и ни одной жалобы.

— А следы?

— Разумеется. — Майерс вздохнула. — Разумеется, я изучила следы. Но тут уже начинается полный, простите, бред. Вы не поверите...

— Я поверю чему угодно, — вырвалось у Виктора. — Полный бред — это визитная карточка ливней. Итак? Что со следами?

— Следы достаточно чёткие. Покрытие поля — быстрорастущая, высокоустойчивая к внешнему воздействию трава. Специальный, очень дорогой сорт, выведенный именно для такого рода покрытий. Выглядит, как... — Майерс неловко замялась. — Ну, в общем-то, как обычная трава. И следы от колёс на ней хорошо видны. Эти психи сначала носились вокруг несчастного Грифа. Потом остановились — это тоже прекрасно видно, они встали чётко по четырём углам квадрата, — и начали стрелять. Ошибиться невозможно, место каждого стрелка обозначено россыпью гильз.

— Знакомая картина, — хмыкнул Виктор. — Где-то я это уже видел... А дальше?

— Дальше — всё.

— То есть? — Виктор даже остановился.

— Всё, — вернула ему ухмылку Майерс. — Всё, что у нас есть — описанный вокруг тела многими поворотами круг — сколько было поворотов, определит экспертиза, навскидку не скажешь, — и четыре точки, где остановились мотоциклисты. Больше никаких следов нет.

— Бред какой-то, — не сдержался Виктор.

Майерс кивнула:

— Именно. О чём я и говорю.

* * *

— Вышли ниоткуда, исчезли в никуда, — пробормотал Виктор.

На тело Габриэля Грифа, укрытое чёрным пологом, он едва взглянул. С вероятностью ноль целых, призрачное количество десятых процента что-то интересное обнаружат патологоанатомы, но это точно произойдёт не сегодня. А сейчас Виктора интересовали следы. Участок, уже знакомый по ролику из сети, ярко освещали расставленные коллегами из четвёртого участка прожекторы.

Всё выглядело именно так, как описала Майерс. В темноте кажущееся бескрайним поле, и выписанный на подстриженной траве круг радиусом метров пять — центр которого обозначало тело Грифа.

Четыре мотоцикла с седоками прокатали заметную колею. По углам вписанного в круг квадрата — четыре россыпи гильз. Уже знакомых, от патронов, которыми в Тяжёлые времена комплектовались армейские автоматы.

— Вы обратили внимание? — спросила Майерс. — Они стояли друг напротив друга! А стреляли, если верить ролику, одновременно.

— Да, вижу. В прошлый раз была такая же квартина.

— Но ведь, если стоять таким образом, можно задеть выстрелом того, кто стоит напротив!

— Можно. А можно и не задеть.

— Что, простите?

— Ничего, не обращайте внимания. Всё? Других следов нет?

— Нет. — Майерс поджала губы. — Говорю же вам, бред какой-то!

Виктор вдруг понял, что тётку ему жаль.

Сорок три года. Детектив-сержант. Почти двадцать лет безупречной службы. Послужной список, наверняка, такой же безукоризненный — при её-то въедливости и подходе к делу, не допускающем ни миллиметра отклонения от Инструкции. И вдруг такое. Преступники, которые появились ниоткуда, и стреляют так, будто заговорены от пуль.